Читаем Суть времени. Том 3 полностью

Простейший заключается в том, что нынешняя власть продолжает осуществлять западный проект (проект глубочайшей интеграции России в западный мир), мечтает только об этом, подзаложилась на это полностью, не может этого выполнить, находится в связи с невозможностью это выполнить в трагическом состоянии, но продолжает упорствовать. И это есть политическое, стратегическое слагаемое.

Тактическое или экономическое слагаемое заключается в том, что под этот проект подзаложились так, что назад ходу нет: деньги размещены на Западе, семьи перемещены на Запад, недвижимость куплена на Западе, отвести войска с западного направления назад, на нашу территорию, безумно трудно.

Я говорил в предыдущей передаче, что нужно, нужно это сделать, ребята. Ничего другого сделать нельзя. Но одно дело — сказать что-то и даже доказать это логическими и эмоциональными способами. А другое дело — переломить инерцию, которая движет и движет в этом пагубном направлении.

Это поток, который волочет туда. И выбраться из него никто поодиночке не может. И никогда не будет так, что все захотят из него выбраться. Из него может захотеть выбраться часть элиты, оказавшаяся на Западе в наиболее сложном положении. У нее может хватить ума и воли на то, чтобы отказаться от западного соблазна и вернуться домой. Если она это не сделает — значит, вся элита несовместима с жизнью страны. Это очень трагическая, горестная констатация, но другой быть не может, потому что процессы-то продолжают двигаться именно в этом направлении. Навальным больше, Навальным меньше — это один вопрос. Мария Гайдар, Сергей Карнаухов… А Джина Шарпа-то никто не отменит, и людей, стоящих за его спиной, тоже.

Итак, невидимая война. Игра. Диффузная война. Размещение фишек на очень сложной доске с множеством ячеек, в каждой из которых каждая фишка должна стоять в нужном положении: вот эта маленькая фишка — это одно, вот эта разводка вокруг Буданова — это другое. И таких ячеек будет 150–200. А когда по ним будут расставлены фишки «как надо», страна будет кончена. А значит, нужно, чтобы фишки не были расставлены «как надо».

Поскольку всякие там «администрации» фактически могут только мешать (с благими или неблагими намерениями — неважно)… Ясно, что они уже испугались. Когда Карнаухов начал орать, как пастух на выпасе, про свои грозные планы и ссылаться на силовую элиту и всем стало ясно, что сейчас из этого Навального сделают героя, Администрация решила убрать Карнаухова… Но она этим, отреагировав на один вызов, мягко говоря, тут же загнала себя в другой угол. Ход вперед, ход назад — максимум проигрыша. Вот что свершилось. Правда же?

Так вот, пусть лучше играют общественные силы. Самое главное — сформировать такие общественные силы, которые могли бы играть, обладать интеллектуальной оптикой такой игры и волей, желанием ее выиграть, а также каким-то эмоциональным чувством необходимости реванша. Уж больно унизительно был проигран предыдущий раунд, уж больно тяжело было предыдущее поражение.

Не надо по этому поводу ломаться: под Нарвой тоже все было не лучшим образом. Но не понимать степень унизительности произошедшего и утешать себя различными парадно-патриотическими песнями не надо. Надо новую игру выигрывать, руководствуясь строчками из хорошей песни Цоя: «Дальше действовать будем мы».

В связи с этой нелинейностью, в связи с тем, что в предыдущей передаче названо радиационным излучением, в связи с невидимостью угроз, которые надо сделать видимыми, и так далее — я продолжу обсуждать крупный сюжет. Гораздо более крупный сюжет, чем сюжет с Навальным.

Это сюжет с Модерном. Или с тем, что излагается в серии статей Игоря Ростиславовича Шафаревича в газете «Завтра». Статьи интересные. В них сказано много концептуальных вещей. А сейчас, конечно, время этого концептуального разговора.

Не могу сказать, что для меня этот разговор может быть полностью лишен полемической ноты, но я хотел бы сочетать полемичность и уважительность. Мне кажется, что это всегда есть наилучшее из всего, что можно сделать.

Итак, как мне кажется (и мне бы хотелось, чтобы по этому вопросу рано или поздно в патриотическом движении был достигнут консенсус), говорить о том, что гуманизм или развитие — это морок чудовищного Запада, во-первых, стратегически бесперспективно, а во-вторых… Мягко говоря, это не вполне соответствует очевидной истине.

Можно проследить борьбу гуманистических и негуманистических сил в расширительном, разумеется, смысле этого слова. В любом эпосе — хоть шумерском, хоть в древних египетских сказаниях, хоть в греческих мифах, хоть в Африке — всегда есть боги, стоящие на стороне человека, и боги, которые против человека. Боги, которые считают, что человек заслуживает возвеличения, и боги, которые считают его ничтожным.