Читаем Суть острова полностью

Мудрено папаша объясняет и мутновато для меня, хотя общий абрис рассуждений (двухмерную проекцию его трехмерных мыслей на мое плоское сознание — ха-ха-ха!) я просек. И такой это был вечер душевный… Размяк я, окна в себе раскрыл-растворил… Если и не окна — то форточку… Детям — и то не показываю своей живописи, Шонна — тоже очень давно не интересовалась моими «изобразительными» достижениями, так, подбодрит заочно дежурными словами, а чтобы — вместе, плечиками прижавшись, в обнимку, перед моим монитором — ой, давно этого не было, почему-то… Твои рисовальческие опыты симпатичны и милы, но оторваны от жизни, — говорит, — от реалий, от прогресса, от нужд человеческих.

— Папа, — решаюсь я, — ты не очень устал? — За окном дождь и холод с мраком, оба заблудились, видать, во чужом времени года, серый вечер уже вплотную к темной ночи прижался, а рабочая неделя — едва початая, до выходных не близко. Не поедет, наверное… Я бы точно не поехал.

— Средне, а что?

— Приглашаю ко мне, хочу кое-что показать. — А сам смотрю на папахена и весь я в колебаниях от своих слов, и вижу — кривится он. Ну, у меня и гора с плеч, не хочет, значит, не хочет, я и сам уже передумал…

— Я готов, — говорит, — если тебе это удобно? — И я, как всегда в последнее время, с запозданием понял, чего он гримасничал: домочадцев моих шугается.

— Удобно, — говорю, — все в отъезде, никого не побеспокоим и не разбудим. Даже покурить сможешь на кухне: у меня там такая вентиляция над плитой — кошку всосет. В кабинете-то не хотелось бы, в нем запах не скоро выветрится: дома, видишь ли, не в гостях, дома дым табачный мне категорически неприятен, да и работать мешает.

— Без вопросов. Поехали, сын, покажи то, что собираешься показать, мне это в любое время дня и ночи интересно, хотя и не представляю о чем речь… видимо, что-то компьютерное. Совсем не курить — тяжко, но я постараюсь обойтись минимумом. На твоем моторе путешествуем?

Угу, уж этот-то вопрос вполне понятен, в силу своей практичности. Свой мотор отцу лень заводить, а возвращаться через весь город как-то надо, — у меня ведь ни за что не заночует, несмотря на благоприятные возможности…

— Да, пап, не беспокойся, я тебя и обратно завезу, всех дел — полчаса.

— Полчаса — туда, полчаса обратно, а тебе с утра на работу. Нет, сделаем так: к тебе на твоем моторе, а оттуда я такси вызову.

— Такси? Гм… Все-таки это ночной Бабилон…

— Не джунгли же. Не осторожничай, Рик, не усердствуй лишнего, я вызову не простое, а «виповское», для важных персон. Ваша лавочка не промышляет этим бизнесом?

— Нет.

— Нишу упускаете, легкий хлеб. Иногда можно «по-виповски» пошиковать, денег у меня на это хватит. Не смотри так на меня, сынок, отринь сомнения: раз я говорю — хватит, значит хватит. Да я каждый день могу на таком кататься, на трех сразу: в переднем шляпа, в среднем я, а в арьергарде — зонтик.

— Я не сомневаюсь в твоих возможностях, папа, просто мне интересно, как ты про компьютер догадался? — Ха, шиковщик нашелся! На трех такси, со шляпой и зонтиком, и я могу некоторое время кататься, тут большой мошны не надо, но… Зачем я буду спорить там, где это бесполезно: хочется ему выглядеть богатым — имеет полное римское право, я дольше посплю.

— Сущий пустяк. Ты довольно часто о нем говоришь, но никогда в связи с работой в «Сове». Видеокарта то, монитор это, процессор слабоват… Более мудреные термины я не помню. Стало быть, у тебя в нем твой большой и личный домашний интерес.

— Ха-ха, — говорю, — дорогой папа! Это не мне, а тебе надо детективом трудиться, распутывать преступные замыслы и умыслы.

— Нет, — отвечает скромно папахен, — в этом тонком бизнесе мне до тебя очень далеко, а просто — угадал. Угадал?

— Так точно. Да кури в салоне, меньше дому достанется.

— Спасибо, дорогой. Великодушие — преимущественно мужское качество, я рад, что ты им наделен в полной мере.

— Иронизируешь?

— Нет.

Постепенно, в течение обещанного мною получаса, однако «на всех скоростях», мы домчались «до места», то есть, прибыли ко мне домой, где отец бывает редко и делать этого не любит. Сейчас нам проще — дома-то никого. Жан и Элли относятся к редким дедушкиным визитам довольно лояльно, хотя и без бурных проявлений любви, а сам он — вообще сдержан, всегда или почти всегда, по нему трудно определить разницу между его отношением ко внукам и к снохе, но, увы, она есть и не в пользу Ши. Это у них с Шонной взаимно, и, наверное, временем не лечится… Такова жизнь, иногда ее приходится принимать с неприятными довесками.

— Кофейку?

— Хорошо бы, но сердце ропщет. Слабенького чаю бы… В пакетиках есть?

— Найдется, разумеется, черный, красный, желтый и зеленый, в пакетиках и заварной. Что предпочитаешь?

— В пакетиках, я же сказал. Черный, Рик, брось один и довольно. Попьем без сопроводительной еды, но с сахаром.

— Да, сэр. Проходи, проходи, я прямо в кабинет принесу. Точно печенья не хочешь?

— Точнее не бывает.