Читаем SuperBetter полностью

Вскоре я начала получать первые сообщения от людей со всего мира. Они придумывали свои тайные личности, искали союзников и боролись с «плохими парнями». Они становились супергероями в борьбе с депрессией и страхами, постоперационными и хроническими болями, мигренями и болезнью Крона. Им удавалось вылечить больное сердце и найти работу после многих лет неудач. В SuperBetter играли люди с серьезными, порой смертельными диагнозами, такими как последняя стадия рака и боковой амиотрофический склероз. Из их сообщений и видео я понимала, что игра помогала им точно так же, как и мне. Игроки уверяли, что почувствовали себя сильнее и мужественнее, лучше находят общий язык с друзьями и родственниками. Они стали счастливее, несмотря на боль и самый тяжелый период в жизни.

И я подумала: «Что происходит? Как может игра, вроде банальная, так сильно повлиять на жизненно важные обстоятельства?» Честно говоря, не опробовав на себе, я бы ни за что не поверила в ее возможности. Поправившись, я погрузилась в изучение научной литературы. Вот что я поняла. Некоторые люди становятся сильнее и счастливее после травмы. Именно это произошло с нами. Игра помогла нам испытать то, что ученые называют посттравматическим ростом. Мы редко встречаемся с этим термином в повседневной жизни. Чаще сталкиваемся с понятием посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Это состояние с симптомами депрессии и тревоги, которое может возникнуть у человека, ставшего свидетелем или участником тяжелого или трагического события. Но исследование показало, что травмирующие события, борьба с крайне сложными жизненными обстоятельствами часто помогают людям раскрыть и проявить свой потенциал, и их жизнь становится гораздо полнее[6].

Чтобы вы лучше поняли суть посттравматического роста, я приведу пять характерных высказываний людей.


1. Мои приоритеты изменились. Я не боюсь заниматься тем, что делает меня счастливее.

2. Я сблизился с друзьями и родственниками.

3. Я стал лучше понимать себя. Теперь я знаю, кто я на самом деле.

4. Я нашел новый смысл и цель своей жизни.

5. Мне стало легче ставить цели и воплощать мечты[7].


Все вместе эти пять признаков отражают мощную позитивную трансформацию. Но это еще не все. В преимуществах посттравматического роста есть нечто удивительное. Несколько лет назад сиделка одного из австралийских хосписов Бронни Уэйр написала статью под названием «Сожаления умирающих»[8]. Уэйр знала, о чем говорит. Десять лет она заботилась о пациентах, которым остались последние месяцы жизни, и пришла к выводу, что все сожалели об одном и том же. После публикации статьи Уэйр получила отклики от сотен сотрудников хосписов и сиделок со всего мира, подтвердившие ее слова. Респонденты Уэйр также слышали от пациентов подобные высказывания. Конечно, не каждый сожалеет о чем-то на смертном одре. Однако, если это происходит, скорее всего, человек будет сожалеть о чем-то из этого списка.


1. Я жалею, что работал так много.

2. Я жалею, что перестал общаться с друзьями.

3. Я жалею, что не позволял себе быть счастливым.

4. Я жалею, что не осмеливался выражать свои чувства.

5. Я жалею, что не следовал своей мечте, а пытался соответствовать ожиданиям других.


Задумайтесь на мгновение! Вас озарило так же, как и меня после прочтения списка два года назад?

Удивительно, но пять основных сожалений умирающих полностью противоположны пяти последствиям посттравматического роста. Посттравматический рост дает нам силы и смелость поступать так, чтобы чувствовать себя счастливыми. Мы понимаем и выражаем подлинные чувства. Мы отдаем предпочтение отношениям и значимой работе, которая нас вдохновляет.

Посттравматический рост — это не противоположность ПТСР. Эти два процесса ни в коем случае не заменяют друг друга и могут быть последовательными. Но симптомы ПТСР фактически предопределяют возможность дальнейшего роста. Вероятно, это связано с тем, что рост требует глубокой и постоянной борьбы с чем-то очень сложным. Если мы поправляемся слишком быстро, то упускаем возможность роста[9]. Если отвечаем на экстремальный личный вызов, то обретаем способность следовать за мечтой. Жить без сожалений. С этой точки зрения посттравматический рост — процесс становления супергероем — может привести к самой желанной личной трансформации.

Но как испытать пять положительных трансформаций, будучи в состоянии невероятного стресса или страдая от последствий серьезной травмы? Что для этого необходимо сделать? И самое главное: как получить преимущества посттравматического роста без травмы? Я уверена, никто не захочет столкнуться с потерей, болью, болезнью или чем-то подобным лишь ради последующих выгод. Но в то же время кто откажется от жизни, о которой мечтал?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Наши негласные правила. Почему мы делаем то, что делаем
Наши негласные правила. Почему мы делаем то, что делаем

Джордан Уэйс — доктор медицинских наук и практикующий психиатр. Он общается с сотнями пациентов, изучая их модели поведения и чувства. Книга «Наши негласные правила» стала результатом его уникальной и успешной работы по выявлению причин наших поступков.По мнению автора, все мы живем, руководствуясь определенным набором правил, регулирующих наше поведение. Некоторые правила вполне прозрачны и очевидны. Это наши сознательные убеждения. Другие же, наоборот, подсознательные — это и есть наши негласные правила. Именно они играют наибольшую роль в том процессе, который мы называем жизнью. Когда мы делаем что-то, что идет вразрез с нашими негласными правилами, мы испытываем стресс, чувство тревоги и эмоциональное истощение, не понимая причину.Джордан Уэйс в доступной форме объясняет, как сделать так, чтобы наши правила работали в нашу пользу, а не против нас. Благодаря этому, мы сможем разрешить многие трудные жизненные ситуации, улучшить свои отношения с окружающими и повысить самооценку.

Джордан Уэйс

Психология и психотерапия / Психология / Образование и наука
Таинство девственности
Таинство девственности

В сборник вошли наиболее известные произведения Зигмунда Фрейда, выдающегося австрийского ученого, основателя теории психоанализа, совершившего переворот в психиатрии, психологии, философии, литературе – и в культуре в целом.В работах «Психология масс и анализ человеческого "Я"» и «Будущее одной иллюзии» изложены взгляды Фрейда как теоретика общества: масштабные проблемы преобразования культуры, основанного на гармоничном соотношении рационально-научного и духовно-религиозного начал; результаты изучения коллективной психологии масс, всегда испытывающих потребность в вожде и одновременно страх перед ним.В очерках «О нарциссизме», «Таинство девственности», «К теории полового влечения» Фрейд утверждает центральную роль сексуальности в психоаналитической концепции человека, открывает главный источник эмоциональной энергии – либидо – как фундамент характера, поведения и поступков людей, как ведущий мотив их деятельности.Наконец, статья «История одного детского невроза» представляет другое направление богатого наследия Фрейда, который был не только великим ученым-теоретиком, но и талантливым врачом-практиком. В этой работе Фрейд, детально исследуя психику ребенка, делает важные для психиатрии выводы о развитии детской сексуальности и ее влиянии на дальнейшую жизнь человека.

Зигмунд Фрейд

Психология и психотерапия