Читаем Superabundance полностью

В третьей части этой книги мы рассмотрели некоторые из основных причин роста изобилия. Мы отметили, что, в отличие от нечеловеческих животных, люди добились процветания, разработав сложные способы сотрудничества и получения знаний. Мы не только ведем более интенсивную и обширную торговлю, чем другие виды; что еще важнее, мы постоянно внедряем инновации. Именно инновации отличают относительно медленный смитианский рост (т.е. процесс увеличения числа людей, земли и капитала в производственных процессах) от относительно быстрого шумпетерианского роста (т.е. процесса расширения экономики за счет технологических изменений). Процесс инноваций, однако, может быть разрушительным и, следовательно, угрожающим статус-кво. Вследствие этой "проблемы" инновации, как правило, сдерживались или даже подавлялись сильными мира сего. Однако со временем геополитическая конкуренция заставила институты некоторых западноевропейских стран стать более экономически и политически инклюзивными. Одновременно произошли революции в западноевропейской мысли и этике, особенно в отношении простых людей к инновациям и коммерции. Именно эти события позволили человеческой изобретательности засиять и тем самым вывести все большую часть населения Земли из относительной стагнации и мальтузианской ловушки.

К сожалению, причины процветания человечества - либерализм (в его исконно европейском, а не современном американском понимании), открытость и инклюзивность - не получили ни широкого распространения, ни признания. Не успели отдельные части человечества начать испытывать исторически беспрецедентные улучшения в продолжительности жизни, питании, образовании и т.д., как возникли конкурирующие концепции человеческого процветания. На протяжении всего XIX века и вплоть до начала XX века крайний национализм (включая различные расистские, империалистические и фашистские доктрины) и социализм (включая коммунизм, маоизм и национал-социализм) соперничали с либерализмом за мировое господство. Один за другим вызовы либерализму терпели поражение или дискредитировали себя. Антилиберальный вакуум, как мы утверждаем, постепенно и все более активно заполнялся экстремальной формой экологизма. Конечно, кто-то возразит, что вред от экологического экстремизма не сравним с разрушительностью прежних антилиберальных идеологий, однако невозможно отрицать, что мономаниакальная приверженность крайним формам экологизма может привести к грубым нарушениям прав человека, как это произошло в Китае и Индии. Идеология крайнего экологизма и ее сторонники являются антинаталистскими, антигуманистическими, антирастущими и антипрогрессивными. Самое тревожное, что крайний экологизм и его сторонники становятся все более радикальными, как и подобает новой и все более популярной форме светской религии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

. Может ли суперизобилие быть долговечным?

Проблема мира заключается не в большом количестве людей, а в отсутствии политической и экономической свободы.

Джулиан Саймон, The Ultimate Resource

В 2018 году мы начали работать над обновлением знаменитого пари Саймона-Эрлиха. Вместо того чтобы, как Саймон и Эрлих, сосредоточиться на реальных или скорректированных на инфляцию ценах на товары, мы поставили перед собой задачу оценить изменение изобилия ресурсов относительно изменения доходов. Мы также увеличили период анализа с 10 лет (1980-1990 гг.) до 37 лет (1980-2017 гг.). Наконец, мы увеличили количество анализируемых товаров с 5 до 50. Наше первоначальное исследование "Индекс изобилия Саймона: A New Way to Measure Availability of Resources", вышло в декабре 2018 года. В период с 1980 по 2017 год, как мы выяснили, средние временные цены на сырьевые товары упали на 64,7%. За тот же период население Земли увеличилось на 69,3%. Это означает, что на каждый 1% прироста населения средняя временная цена товаров снижалась на 0,934%. Мы также обнаружили, что изобилие ресурсов росло с совокупным годовым темпом роста 4,32%, что означает, что в 2017 году изобилие ресурсов на уровне населения было на 379,6% больше, чем в 1980 году. Эти выводы разожгли наши аппетиты. В течение следующих трех лет мы совершенствовали методологию и расширяли рамки исследования. Результатом этих усилий, уважаемый читатель, стала данная книга.