Исходя из чувственно познаваемых фактов, мы можем построить пять путей, три из них имеют одинаковую структуру и заимствованы у Аристотеля, четвертый – у Платона и пятый – у Иоанна Дамаскина. Несмотря на то что вся аргументация оказывается заимствованной, «пять путей» по праву связываются с именем Фомы Аквинского. Во-первых, он не просто излагает некий готовый текст Аристотеля, а, напротив, конструирует сложное доказательство, опираясь на различные доводы из различных произведений этого философа. Во-вторых, механическое перенесение аристотелевской аргументации было бы невозможно по той причине, что Аристотель опирается на многие положения, которые неприемлемы для христиан, например, считая, что мир существует вечно, в то время как, согласно Библии, он сотворен Богом в определенный момент. Поэтому Фоме в «Сумме против язычников» приходится еще и показать, что, несмотря на это, доводы Аристотеля могут использоваться христианами.

Этот вопрос состоит из шестнадцати глав: (1) есть ли в Боге познание, (2) познает ли Он самого себя, (3) охватывает (comprehendat) ли Он себя в познании, (4) есть ли Его познание Его субстанция, (5) познает ли Он отличное от Него, (6) имеет ли Он об отличном от Него собственное познание, (7) дискурсивно ли божественное познание, (8) есть ли оно причина вещей, (9) познает ли Бог того, чего нет, (10) зло, (11) единичные вещи, (12) бесконечное, (13) контингентные будущие события, (14) суждения, (15) может ли божественное познание изменяться, (16) осуществляет ли Бог спекулятивное или практическое познание вещей? Наиболее оригинальная часть размышлений Фомы Аквинского содержится в главах 9–11, отвечающих на вопросы: может ли Бог познавать то, чего нет, зло и случайные события? На эти вопросы обычно отвечали либо так, что божественное познание не познает такие вещи, будучи вечным, благим и неизменным, либо если познает, то они перестают быть случайными. Фома Аквинский предлагает среднее решение, которое позволяло бы объяснить, каким образом Бог познает не-сущее, зло и случайное и вместе с тем как сохраняется специфика таких предметов познания. Отметим, что решение, предлагаемое Фомой, не ограничивается применением в теологии. Подобные вопросы можно поставить и в отношении к нашему, человеческому познанию – как мы, люди, можем познавать эти сферы. Размышления Фомы Аквинского могут помочь ответить на эти вопросы.