— Я уже думал об этом, но… Андрей, не было ли поблизости каких-то характерных примет, развалин, например?

— Нет, ничего не было. Только обгорелые пни.

— Жаль. Эти обгоревшие останки леса могут быть в любом полушарии. Очень жаль. Ведь именно в этом месте переход имел вид пятна в форме лемнискаты, причем в зависимости от точки входа в пятно можно было попасть в разные фазы. Еще один момент, Андрей. Где, по-твоему, может находиться эта железнодорожная станция?

— В Америке. Судя по паровозам, в Америке шестидесятых годов XIX столетия.

— Так, это уже дает привязку. Потом я еще обращусь к тебе, чтобы ты поподробнее описал мне поселок и город.

— Хорошо, я постараюсь.

Все замолкают. Стремберг, глядя на меня, говорит:

— Будем считать операцию прошедшей успешно. Первый непосредственный контакт с агентами ЧВП завершился в нашу пользу. Я имею в виду контакт, при котором обе стороны знали, кто им противостоит. Конечно, желательно впредь больше не афишировать так открыто нашу деятельность перед агентами ЧВП. Пусть сами разбираются, что к чему.

Мне кажется, что я покраснел. Магистр улыбается и что-то шепчет Жилю, а Стремберг продолжает:

— Теперь задача в том, чтобы поскорее обработать полученную информацию. А от вас, Кристина, мы ждем с нетерпением первых результатов.

Кристина с деланым безразличием водит пальчиком по столу и говорит:

— Я не люблю, как вы выразились, афишировать свою деятельность, а тем более раздавать авансы. Прошу потерпеть еще несколько дней, пока я не проверю в Синем Лесу одно свое предположение, и тогда, возможно, будут какие-то результаты.

— Филипп, незамедлительно займись подготовкой Кристины и позаботься о прикрытии.

— Понял, шеф, — улыбается Магистр.

— Ну, а теперь всем отдыхать. Через день начинаем подготовку к новой операции. Она потребует от нас не меньших усилий. Перед нами снова Сумеречные миры и снова агенты ЧВП. Не так ли, Ричард?

— Совершенно верно. Более того, та же фаза.

— Время Великое! Неужели опять ларки, Черные Всадники и оборотни?

— Нет, на этот раз противники будут посерьезнее. Агенты ЧВП.

— Но в прошлый раз я дрался с Синим Флинном. Он ведь тоже агент ЧВП.

— В этот раз им надо не просто сколотить отряд Черных Всадников. Но хватит об этом. Подробности обсудим послезавтра.

— Все свободны! — объявляет Магистр и поворачивается ко мне. — А ты, Андрэ, останься.

— А я никуда и не собираюсь уходить, — отвечаю я, не вставая с места, — покуда не получу от тебя ответ на пару вопросов.

— Вот по этому-то поводу я и хочу с тобой поговорить. Я ведь знаю, что тебя интересует.

Глава 22

Раз тяжко заболел единственный мой врач?

Магистр подходит к синтезатору и творит бутылку “Столичной”. Тем временем все уже разошлись, и мы остаемся одни. Я молча наблюдаю, как Магистр убирает лишние рюмки, откупоривает бутылку и наливает мне и себе. Он подвигает поближе тарелку с закуской, усаживается напротив меня и закуривает сигарету.

— Ну, что ты молчишь?

Я пожимаю плечами.

— Не смотри на меня таким недоуменным взглядом.

— Каким, каким?

— Доуменным! Ведь тебя интересует, где Элен и что с ней?

Я киваю. Магистр берет рюмку, выпивает залпом и взглядом приглашает меня сделать то же самое. Выпиваю. Магистр, прожевав кусочек селедки, ворчит:

— Жаль, что кодекс Монастыря запрещает дуэли. А, впрочем, правильно. Наш Сектор тогда имел бы непозволительное преимущество перед всеми другими, и вы все переквалифицировались бы тогда из хроноагентов в бретеры. Это нам ни к чему. Короче, Андрэ, я из-за Элен насмерть разругался с Хуаном и уже поставил вопрос а Совете Магов о правомерности применения Сектором Z таких неэтичных методов.

Магистр снова замолкает и вновь наполняет рюмки. Молчу и жду, что он еще скажет. Магистр вздыхает и выдавливает:

— Плохо с Элен, Андрэ, очень плохо.

Он хватает рюмку и снова залпом осушает ее. Я предусмотрительно наполняю ее, по-прежнему храня молчание.

— У нее нервный срыв. Сейчас она в Центре реабилитации. Я справлялся накануне совещания. Здоровье опасений не вызывает, но за психику они поручиться не могут. Хотя, как они говорят, она может приступить к работе в любой день, хоть завтра.

— Как и что случилось?

— Она блестяще прошла Лабиринт. Правда, в начале у нее были неприятности…

— Ну, это мягко сказано, я-то видел, какие это были неприятности.

Мне ярко вспоминается, как Лена со сдавленным криком падает на стальные колья, и я, как и Магистр, залпом опустошаю рюмку водки. Магистр наливает мне и продолжает:

— Ну, дальше-то она, умница наша, больше в такие ловушки не попадалась. Одного раза ей хватило, чтобы приобрести кошачью осторожность и дьявольскую интуицию. Я диву давался, как ей удавалось избегать смертельных ловушек и выбирать наиболее безопасные маршруты. Конечно, они не всегда были приятными. Например, ей пришлось пройти примерно такую же клоаку, в которой эти изобретательные ребятки чуть не утопили тебя вместе с Андрэ.

— Брр-р!