Читаем Сумеречные боги полностью

– Знай я, что для того, чтобы поцеловать тебя, нужно всего-навсего подарить пару ножей, я сделал бы это еще несколько месяцев назад, – прошептал Киран меж двумя поцелуями.

Стукнув его кулаком в грудь, Зейлан наконец расстегнула рубашку Кирана и, нетерпеливо вытащив из брюк, одним движением стянула ее с плеч фейри. Взгляд девушки тут же нашел шрамы от ожогов, покрывавшие большую часть тела принца. Напоминание об их последнем поцелуе. Ожоги тянулись поперек груди Кирана, вниз по талии и животу, исчезали под брюками и продолжались на бедре.

Эти шрамы были некрасивы, и многие люди, скорее всего, назвали бы Кирана изуродованным, но только не Зейлан. Его ожоги никогда ее не беспокоили. Они были знаком его мужества, доблести и боевого духа. В глазах Зейлан эти качества делали Кирана красивым и желанным. И внезапно девушка задумалась, почему она так долго оттягивала этот момент.

Зейлан протянула руку и коснулась груди Кирана. Принц задержал дыхание, пока девушка исследовала его обнаженный торс, проводя пальцами по гладкой коже и выпуклым областям в местах ожогов.

– Ты чувствуешь это? – спросила она, проведя пальцем по особенно покрасневшему шраму.

Киран кивнул:

– Я всегда чувствую тебя, даже когда ты не прикасаешься ко мне.

Зейлан убрала руку от шрама и посмотрела Кирану в глаза. И замерла, осознав, сколько любви и восхищения было в его взгляде. Киран желал ее не только физически – он жаждал ее всем сердцем. Эта мысль и радовала Зейлан, и одновременно пугала, и все же она, не оставив себе времени на долгие раздумья, вновь поцеловала его. Рука Кирана скользнула девушке на затылок, и они слились в поцелуе, который был больше всего, что она могла ожидать.

Застонав, Киран еще крепче притянул Зейлан к себе. Жар, неведомый Зейлан прежде, разлился между ног, от желания и потребности в Киране закружилась голова. Ей хотелось почувствовать его всего и поделиться с ним всем. Девушка придвинулась к фейри еще ближе, и низ ее живота прижался к его отвердевшей выпуклости. Приятная дрожь пронзила все тело Зейлан, когда она почувствовала это возбуждение, почувствовала, что Киран желает ее не меньше, чем она его.

Киран со стоном прервал поцелуй и посмотрел на Зейлан затуманенным вожделением взглядом. Ее дыхание участилось, сердце в груди колотилось, словно птица в клетке.

– Уверена, что хочешь этого?

Прикусив нижнюю губу, Зейлан кивнула. Она устала отказываться от близости с этим мужчиной из-за того, что придерживалась каких-то старых убеждений, с которыми Киран давным-давно расстался. Она хотела его здесь и сейчас – целиком.

Издав гортанный рык, Киран просунул пальцы под рубашку Зейлан, коснувшись ее обнаженной кожи. Она запрокинула голову, полностью отдавшись ощущению сладостной боли, которую вызывали ногти Кирана, царапающие ее спину. Эта нежная мука сводила Зейлан с ума.

Киран подался вперед, целуя девушку в шею, сначала осторожно, потом сильнее, пока поцелуи наконец не превратились в легкие укусы. Ощущение его зубов на коже опьяняло. Зейлан застонала от возбуждения и подалась вперед, чтобы еще раз поцеловать своего Неблагого. Губы влюбленных снова нашли друг друга. Новый поцелуй был жгучим, намного жарче прежних. Жар внизу живота Зейлан усилился. Девушка жадно потерлась о выпуклость Кирана, но на нем было слишком много ткани, чтобы найти спасение. Она выпрямилась, ухватилась за пояс его брюк и сунула руку внутрь.

Когда она обхватила его член руками, Киран издал хрип, полный вожделения. Обхватив Зейлан за бедра, он поднял ее, одним плавным движением поднявшись с камня, на котором они сидели, и переместился вместе с ней на ровную поверхность у пруда. Чистая вода стала единственным свидетелем их союза.

Киран мягко опустил Зейлан на землю, оказавшись прямо над ней. Поверхность скалы была твердой, мелкие камешки впивались в кожу Зейлан, но ей было все равно. Одним плавным движением Киран снял с девушки через голову рубашку и в пляшущем свете факелов уставился на ее оголенную грудь. И вновь горло фейри покинул глубокий рык, который был совсем не под стать стратегическому лидеру, каким Киран был последние несколько дней. Этот звук был слишком диким, слишком животным.

Он обхватил руками ее груди и, нежно массируя, прильнул к ним губами. Его язык порхал вокруг ее сосков, заставляя Зейлан изгибаться, издавая хриплые стоны. Но тут Киран слегка прикусил сосок, и Зейлан прижалась к нему всем телом, изнывая от желания. Она так хотела его, что вся робость и былые страхи словно испарились.

– Киран, – выдохнула она. В звуке его имени была мольба.

Он не заставил себя ждать и начал расстегивать ее брюки. Потом медленно и почти благоговейно стянул их с ее ног, прокладывая вслед дорожки поцелуями. Киран целовал и покусывал ее тело, пока Зейлан лежала полностью раздетая, с готовностью раскрыв для него бедра.