Последний оставшийся фейри решил воспользоваться этим моментом слабости и бросился к Кори. Однако добраться до него не успел: Готар и Этен вместе кинулись к противнику. Несмотря на то, что длительный и яростный бой основательно потрепал Хранителей, с фейри они расправились быстро: не прошло и нескольких секунд, как тот уже был пронзен двумя магическими клинками.

– Нужно уходить! – закричал Ларкин и, схватив Кори за плечи, одним безжалостным рывком поставил его на ноги. Тот вскрикнул, но у Ларкина не было времени отвлекаться на его боль. Ситуация была слишком напряженной.

– Его укусили? – спросил Готар.

Ларкин кивнул.

Готар подставил Кори плечо с другой стороны. Из рассказов Хранителей Ларкин знал, что буквально несколько месяцев назад Готар находился в аналогичном положении.

– Нужно извлечь яд из его тела.

– На это нет времени. Нужно уходить, – приказал Ларкин, и хотя официально он больше не принадлежал к числу Хранителей, Готар повиновался.

Ларкин перекинул руку Кори себе через плечо. Вес раненого фельдмаршала грозил заставить самого Ларкина рухнуть на колени. Обычно он мог без особых усилий справиться с подобной нагрузкой, но теперь мужчина был измотан. Однако о том, чтобы сдаться и бросить Кори на поле боя, не могло быть и речи.

С Этеном и Готаром в авангарде Ларкин потащил Кори к конюшням. По дороге они кричали остальным Хранителям, чтобы те отступали.

Каким-то чудом мужчинам удалось добраться до конюшен, не вступая в очередные схватки. Готар и Этен привели двух лошадей.

Ларкин, кряхтя, уложил Кори на спину животного. С уст фельдмаршала сорвался мучительный стон. Он уже почти потерял сознание: времени ему оставалось совсем немного. Ларкин все больше опасался, что его друг может не пережить этого нападения. Взгромоздившись на спину лошади позади Кори, Ларкин повел животное через царившую на площади суматоху. Они позаботятся о яде и уберут его из раны, как только окажутся в безопасности. Но сначала нужно бежать: от эльв, фейри и войны. Хотя теперь, когда Стена рухнула, безопасных мест в Тобрии больше не было.

Глава 44 – Фрейя

– Сирадрея —

Мышцы Фрейи горели огнем. Еще никогда в жизни она не скакала так быстро. Она тяжело дышала. Жеребец, который, весь в поту, нес ее вперед, яростно пыхтел и все же позволил Фрейе ускорить свой бег, словно чувствовал, какая опасность угрожает не только девушке, но и всей стране. Принцессе оставалось только надеяться, что конь не рухнет прямо под ней: пощадить его она не могла. Фрейя должна была предупредить людей! Как только Стена падет, уже ничто не помешает фейри вторгнуться в страну.

Наконец в поле зрения появились городские стены Сирадреи. Фрейя не знала, ликовать ей от радости или плакать. Все болело, сердце в груди бешено колотилось. Чтобы не сбить никого на своем пути, принцесса сбавила скорость. И тем не менее была встречена враждебными взглядами и неприличными выражениями, когда целенаправленно промчалась на рыночную площадь мимо магазина, где много месяцев назад женщина и двое мужчин захватили их с Ларкином, желая получить награду от короля.

Посреди деревенской площади Фрейя остановилась. Беспорядки уже вытащили жителей Сирадреи из их домов. Они смотрели в сторону Стены, где вздымалось большое облако пыли, затмевающее небо.

В попытке привлечь внимание людей Фрейя принялась бешено размахивать руками. Кое-то вопросительно уставился на нее – девушку в не по размеру большой форме Хранителя, которая, однако, не придавала Фрейе никакого авторитета. Люди переговаривались между собой, и хотя на их лицах явственно читались страх и паника, никто из них даже не помышлял о бегстве.

Перекинув сумку с магическими трактатами через плечо, Фрейя спрыгнула с лошади. Книги оказались настолько тяжелы, что ноги принцессы едва не подкашивались от напряжения, и только с огромным трудом девушке удавалось оставаться в вертикальном положении. Фрейя поймала руку какого-то мужчины, и тот скептически оглядел ее. Она снова указала на Стену и гигантское облако пыли, поднимающееся над их головами, пытаясь дать понять, что происходит в Свободной земле.

Непонимающе покачав головой, мужчина вырвался из ее хватки. Ногти Фрейи оставили красные рубцы на его коже.

– Во имя короля, девочка! Оставь меня в покое! У меня нет для тебя денег!

В панике Фрейя выхватила из-за пазухи блокнот и написала в нем слова, которые никогда в жизни не думала написать: Стена пала, вам нужно бежать!

Она подняла бумагу вверх и схватила за локоть женщину, которая, зевая, тоже стояла в толпе. Та казалась более приветливой, чем мужчина, но и она смотрела на Фрейю растерянно и непонимающе.

– Прости, малышка. Я не умею читать.

Ну, конечно. Письменное слово было по-прежнему привилегией дворянства и знати. В Амаруне новый средний класс тоже учился грамоте, но так далеко от столицы, на юге, вдали от богатства, люди развивали другие таланты.

Фрейя испустила вздох разочарования. Как ни привыкла принцесса за последние несколько недель к своей немоте, сейчас она ее просто проклинала. Почему Ларкин не поехал с ней?