Уже через два года Керенский вошел в руководство этой тайной организации, и выше его по рангу в то время был только Николай Некрасов — генеральный секретарь масонской ложи, член кадетской партии. А в 1916 году Керенскому удалось сместить своего руководителя с должности. На очередном конгрессе масонской ложи «Великий Восток народов России» Александра Федоровича большинством голосов избрали генеральным секретарем вместо Некрасова.

А Керенский, используя свою новую тайную должность, в течение всего 1916 года стремительно усиливал свое влияние в кулуарах российской политики. Именно его незаметное воздействие на правящую верхушку через масонскую организацию и обусловило тот необъяснимо быстрый взлет его политической карьеры, который весь мир наблюдал в 1917 году.

Роковые ошибки

Как события развивались дальше, в принципе, известно всем. Официальная советская историография довольно правдиво описывала все действия Временного правительства в 1917 году, что вполне объяснимо. И правительство, и персонально Керенский допустили в течение всего лишь нескольких месяцев столько роковых ошибок, что развитие ситуации привело не к облегчению положения народа, а наоборот — еще больше усугубило общественную напряженность в стране.

Преодолеть кризис в России в 1917 году можно было, лишь решив два главнейших вопроса — о мире и о земле. В состоянии войны к тому моменту Россия находилась уже третий год. Офицеры и солдаты в своем подавляющем большинстве не хотели оставаться в окопах еще на одну зимнюю кампанию. И, несмотря на доклады военного министра генерала Верховского о том, что армия деморализована, плохо обеспечена и вскоре просто побежит с фронта, глава правительства все равно требовал от него «войны до победного конца». Неудивительно, что в критические октябрьские дни армия поддержала не Керенского, а большевиков, обещавших немедленно заключить мир с Германией, как только они придут к власти.

То же самое произошло и с вопросом о земле. Крестьяне и солдаты, с нетерпением ожидавшие весной и летом 1917 года принятия закона о земле, к осени уже устали от обещаний. К началу октября все министры в один голос требовали от Керенского безотлагательного принятия такого закона, однако тот упрямо медлил и ждал Учредительного собрания, которое, по его мнению, как раз и должно было заниматься земельным законодательством. И это стало причиной того, что крестьянство вслед за солдатами в октябре также отвернулось от Временного правительства и поддержало большевиков.

Несостоявшийся визит

Накануне 25 октября 1917 года Керенский выехал под Псков в дипломатической машине с американским флагом, но вовсе не в женской одежде, как у нас об этом писали. На фронт он отправился в поисках верных Временному правительству воинских частей. Не найдя таковых, Керенский сразу же вернуться в Петроград так и не смог — к тому моменту Зимний дворец уже был взят революционными матросами и солдатами.

Он добрался до Гатчины, где все же нашел верного полководца в лице казачьего генерала Краснова. С его войском Керенский собрался пойти на Петроград, чтобы выбить большевиков из Зимнего, но тут казаки вдруг передумали и отказались поддержать бывшего главу правительства. В итоге ему пришлось бежать за рубеж под видом сербского офицера (вот где он был вынужден переодеваться). Как потом с горечью писал в своих мемуарах Александр Федорович, он думал, что уезжает из России ненадолго, а оказалось — навсегда.

Керенский более 20 лет жил в Берлине и Париже, и везде отношение эмигрантов к нему оставалось, мягко говоря, прохладным. Для монархистов Керенский был почти что красным, чуть ли не большевиком, участвовавшим в свержении государя императора, а для эсеров, меньшевиков и кадетов — самолюбивым упрямцем, дорвавшимся до власти, но в силу своей ограниченности так и не удержавшим ее в руках. Конфликты бывших соратников продолжались до тех пор, пока в 1940 году Керенский не уехал в США. Здесь он нашел новых друзей и единомышленников, долгое время работал над мемуарами, редактировал эмигрантские газеты.

Интересный и практически неизвестный нашей общественности факт: в 1968 году в Политбюро ЦК КПСС совершенно серьезно обсуждался вопрос о возможности приглашения Керенского в СССР. Главным условием такой поездки ставилось получение от него… заявления «о признании закономерности социалистической революции, правильности политики правительства СССР, признания успехов советского народа, достигнутых за 50 лет существования Советского государства…» (цитата из рассекреченных документов МИД СССР).

Понятно, что советско-партийное руководство СССР хотело превратить сам факт приезда в нашу страну бывшего главы Временного правительства в международное шоу, чтобы нажить себе политический капитал. Однако Александр Федорович не пошел на поводу у своих давних противников и отказался от визита в СССР на таких условиях. Он умер от рака в Нью-Йорке 11 июня 1970 года в возрасте 89 лет.

Глава 3

ФАРАОН XX ВЕКА