Читаем Судьба вечности полностью

Он отпускает мою руку, чтобы взяться за дверную ручку, и я с благоговением наблюдаю, как искорка магии танцует вокруг его пальцев при соединении, прежде чем замок со щелчком открывается. Он машет мне, чтобы я вошла первой, включает свет, когда он следует за мной, и я улучаю момент, чтобы освоиться с окружающей обстановкой.

Слева от меня стоит небольшой деревянный обеденный стол, окруженный несколькими кухонными шкафами и бытовой техникой, а справа — черный кожаный диван напротив телевизора. Лестница находится у дальней стены, разбивая пространство, поскольку я предполагаю, что она ведет в спальню и ванную комнату.

— Здесь удивительно… уютно, — признаю я, следуя за Кассианом к обеденному столу, пока он улыбается.

— Возможно. Раньше это было место, где женщины оставались во время течки, но мой отец решил, что оно лучше подходит для меня.

Я не могу сказать, радует его этот факт или нет, и хотя я была волчицей всего две минуты, я знаю, что у волчиц течка и что это может означать. Если бы эти стены могли говорить, я не могу представить, сколько секса они бы запомнили. Я быстро отбрасываю эту мысль, когда вспоминаю тот факт, что Кассиан тоже мог заниматься сексом здесь.

Черт, кого я обманываю? Он определенно это делал.

— О чем ты так напряженно думаешь, что оставляешь свой стейк остывать? — спрашивает он, прерывая ход моих мыслей.

Я качаю головой, сокращая расстояние между нами, и сажусь на стул, который он выдвинул для меня. — Ничего особенного, — бормочу я, когда он продолжает смотреть на меня. Пристальный взгляд, который только усиливается, когда это все, что я ему даю, но вместо того, чтобы признать маленького зеленого монстра, сидящего у меня на плече, я предпочитаю запихнуть в рот кусок стейка, прежде чем выставлю себя идиоткой.

К счастью, он, кажется, сдался, устраиваясь поудобнее в кресле напротив меня, пока я наслаждаюсь лучшим стейком в своей жизни.

Прости, Перл.

Когда я больше ничего не могу засунуть в рот, я откидываюсь на спинку стула и снова оглядываю пространство. — Здесь много места.

— Ага.

— Как давно у тебя в личном распоряжение целый дом? — Спрашиваю я, остро осознавая, что это определенно больше, чем дом, который я делила с отцом и Норой.

— С первого дня, как я обратился.

Его ответ застает меня врасплох, заставляя пялиться на него, прежде чем я прихожу в себя. Мне приходится прочистить горло, прежде чем я могу заговорить, что, кажется, только забавляет его. — Сколько тебе было лет?

— Недостаточно взрослый. — Он опускает взгляд, когда я хмурюсь сильнее.

Я хочу вернуться к тому, что было раньше, и заставить его почувствовать себя лучше, но это невозможно. Все, что я могу сейчас сделать, — это быть той, кто ему нужен в будущем.

— Это безумие, — бормочу я, не зная, что еще сказать, и грустная улыбка приподнимает уголок его рта.

— Это мой отец.

— Я не думала, что можно ненавидеть его больше, чем я уже ненавижу, — ворчу я, и он посмеивается.

— Это всегда возможно.

— Я не верила, что в этой жизни возможны такие вещи, — выпаливаю я, ненавидя эти слова, как только они слетают с моих губ.

— Например? — спрашивает он, заинтригованный, и я качаю головой.

— Ничего.

— Не стесняйся меня, Альфа. — Он наклоняется через стол, отодвигая мою пустую тарелку в сторону, и берет мою руку в свою.

Закатывая глаза, я избегаю его пристального взгляда. — Сладкие слова и глубокие мысли — это не совсем то, чем мы занимаемся.

Вокруг нас опускается тишина, переходящая в неловкость, прежде чем он заговаривает. — Почему это? — Мой взгляд метнулся к нему, но когда я не сразу отвечаю, он приподнимает бровь. — Почему? — повторяет он, продолжая держать меня за руку, когда поднимается со своего места, обходя обеденный стол, пока не оказывается прямо рядом со мной. Он поднимает меня на ноги, так что мы оказываемся нос к носу, затем свободной рукой берет меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Ты обхватываешь мою киску, и мы трахаемся, — запинаюсь я, правда на вкус как свинец на моем языке, когда его взгляд сужается.

— И это все, что тебя волнует?

— Нет, — быстро отвечаю я, паника пробегает по моему телу, но он, кажется, верит мне.

— Но ты думаешь, что для меня это все? — наконец он что-то бормочет, наклоняя голову, когда рассматривает меня, и все, что я могу сделать, это пожать плечами.

Это именно то, что я думаю, что это значит для него? Возможно? Нет… Я не знаю, но мы действительно не произносим сладких слов и глубоких мыслей, так что я на самом деле понятия не имею.

Чтобы довести мою мысль до конца, он продолжает сжимать пальцами мой подбородок, удерживая меня на месте, а другой рукой отпускает мою руку, быстро двигаясь, чтобы обхватить мою киску.

— Я могу обхватить ладонями твою сладкую киску и все еще вести с тобой глубокй разговор, Адрианна, — хрипло произносит он, посылая дрожь по моей спине, когда я смотрю на него.

— Адрианна, да? — Я выдыхаю, остро осознавая, что мое полное имя никогда не срывалось с его губ. По крайней мере, не в моем присутствии и определенно не нацеленный на меня.