Впрочем, оставим на время рыцарей храма и поговорим о стране, в которой они поселились, и об их новых хозяевах.

Франция XII — XIII вв.

Деятельность и роль Капетингов

Средневековая Франция была классической страной феодализма, и вместе с тем именно здесь отчетливо прослеживается движение от феодальной раздробленности к феодальной централизованности, в чем немалую роль сыграли короли из династии Капетингов. Союз королевской власти с городами, сложившийся во Франции в конце XII в. в период царствования Филиппа II Августа (1180 — 1223), окреп при короле-реформаторе Людовике IX (1226—1270) и принес существенные плоды при Филиппе IV Красивом (1285 — 1314). С помощью этого союза французские короли сумели осилить своих грозных вассалов, нанесли не один удар традиционным врагам Франции — английским королям и увеличили территорию своих владений. Вместе с тем союз этот был в равной мере выгоден и горожанам, поскольку он облегчал их борьбу с феодалами, содействовал развитию ремесел и торговли, закладывая основы того единого внутреннего рынка, который в полной мере проявил себя позднее.

Наряду с горожанами королевскую власть поддерживали мелкие рыцари и в какой-то мере церковь. Но позиции церкви были весьма противоречивыми. Епископы и аббаты несомненно были заинтересованы в укреплении централизованного государства, поскольку сильная власть стремилась положить предел разорительным ф еодальным войнам и народным восстаниям. Однако князья церкви в гораздо большей степени стремились к усилению собственной власти, нежели власти светского монарха. Римские папы, кардиналы и архиепископы утверждали, что церковная власть выше светской, что всякий светский государь обязан подчиняться своему духовному пастырю. На этой почве в XI — XII вв. разгорелась ожесточенная и кровопролитная борьба между палами и императорами «Священной Римской империю". Совсем не просто, как станет ясно из последующего, складывались отношения государственной власти с церковью и во Франции. Здесь короли Капетинги могли полагаться лишь на ограниченное число епископов и аббатов, заседавших в Генеральных штатах.

Генеральные штаты

По мере того как королевская власть одерживала победы над феодальной анархией, она все более стремилась к организации устойчивого учреждения, которое служило бы ей опорой и помогало наиболее быстро ликвидировать внутренние и внешние затруднения. Старый феодальный совет[5] для этого не годился. Необходимо было легально привлечь к управлению те общественные слои, в поддержке которых нуждалась монархия. С другой стороны, и сами эти слои были весьма заинтересованы законно оформить свои отношения с монархией. Все это и привело к образованию во Франции Генеральных штатов.

Генеральные штаты были сословно-представительным органом. Они состояли из делегатов трех сословий, причем каждое сословие заседало отдельно, образуя как бы особую палату. Первым сословием считалось духовенство, вторым — дворянство, представленное в штатах преимущественно мелкими рыцарями. В палату третьего сословия входили лидеры городской верхушки, избираемые патрициатом наиболее крупных центров. Все три палаты имели чисто совещательные права: они не издавали законов, а вопросы, подлежавшие их обсуждению, равно как и сроки созыва палат, целиком зависели от воли монарха. Штаты должны были не ограничивать королевскую власть, а, скорее, служить ей опорой. Порожденные новой социальной ситуацией, они явились как бы правовым оформлением растущего влияния третьего сословия и укрепляли союз королевской власти с городами.

Пройдет время, изменятся значение и роль монархии, и те же Генеральные штаты устами представителей третьего сословия заявят гневный протест против злоупотреблений и гнета абсолютизма. Но это случится много позднее, в 1789 г., накануне Великой французской революции, которая превратит средневековый сословно-представительный орган в Национальное собрание Франции. Пока же это учреждение действовало рука об руку с монархией. И это единство с особенной яркостью проявилось в правление Филиппа IV Красивого, короля, впервые созвавшего Генеральные штаты и сумевшего опереться на их авторитет.

Филипп IV Красивый

Поскольку человек этот — главное действующее лицо трагедии, о которой здесь будет поведано, о нем следует рассказать подробнее.

Прежде всего, предвидя неизбежный вопрос читателя, заметим: он действительно был красив. Флорентийский летописец Джованни Виллани утверждает, что Филипп IV был «самым красивым королем в мире». Даже смертельный враг короля не может не сказать, что его душа была заключена «в оболочку античной статуи». Филипп был предупредителен с дамами, не выносил грубости и краснел при неприличных разговорах.

Вместе с тем этого «необыкновенно кроткого и скромного» человека, как выразился летописец, современники прозвали... «железным королем»; он с защитной легкостью шел на такие поступки, которые и много столетий спустя повергают в трепет.