Читаем Судьба самозванки полностью

Что странно, так это то, что, хотя их лица ничего не выдают, я знаю правду за их скрытыми выражениями, и каждый рассказывает свою историю.

Замешательство.

Неопределенность.

Надежда.

И самое странное из них… сожаление.

За что и почему, я не знаю.

А честно?

Мне, блядь, все равно.

Я не могу быть королевой королевства, в котором мой отец сеял хаос. Королевства, о котором я практически ничего не знаю, и как будто этих двух причин недостаточно… Я не хочу ей быть.

Я хочу пойти домой, поесть дерьмовой еды навынос и провести следующие три года жизни, ненавидя каждую минуту учебы в колледже, но живя каждым днем в одной комнате со своим лучшим другом Беном.

Когда я смотрю за столом на других великолепных девушек, даже на эту стервозную девчонку Алекс, я думаю, что это будет не слишком сложно. Полагаю, что большинство из них убило бы за место на троне, возможно, даже в буквальном смысле. Должно быть легко отойти на второй план, особенно если рыжеволосая в конце концов хочет того, для чего ее сюда позвали. Она выглядит, как настоящая гребаная богиня, и кто знает, может быть, так оно и есть.

Существуют ли они здесь?

Я не знаю, но в любом случае, держу пари, она мега могущественна, и это именно то, что требуется короне. Деньги, власть и красота.

У меня только одно, так что, опять же, не составит труда занять самое низкое место в списке будущих производителей королевских детей.

Но затем я поворачиваюсь, непреднамеренно встречаясь взглядом с будущим королем и внезапно… Я не так уверена.

Семнадцать

Найт

Там новая девушка.

Конечно, есть гребаная новенькая. Если Лондон, когда у нее еще были все ее воспоминания, думала, что избавляется от одной из женщин, которая потенциально могла бы стать моей, она ошибалась.

Мысль о ее ревности, о том, что она ведет себя, как собственница по отношению к мужчине, которого ненавидит, заставляет член подергиваться в этом дурацком гребаном костюме, который я не могу дождаться, чтобы снять.

Я бы хотел содрать с нее кожу.

Я бы воспользовался когтями, и протянул их перед ней, чтобы она могла наблюдать, как их длина вырастает в острые кончики, которые могли бы пронзить ее, без особых усилий. Я бы протянул их вперед, к этому дьявольскому черному корсету, наслаждаясь видом того, как он разрывается, и ее сиськи свободно выпрыгивают, но я бы на этом не остановился. Я бы продолжал спускаться прямо вниз, по ее холмику и ниже, пока не смог бы протолкнуться вверх, прямо в тугую киску, а она тугая. Такая чертовски тугая.

‒ Братан.

Взгляд скользит влево, и Син приподнимает темную бровь, его взгляд останавливается на том месте, где я тверд под брюками. Я просто подношу напиток к губам, осушаю его, а затем снова смотрю вперед.

Синнер издает тихий смешок, но он проглатывает его, когда мать бросает свирепый взгляд через плечо.

‒ Как я и говорила, ‒ медленно говорит мама, поворачиваясь обратно к плавающему изображению, которое она выбросила перед нами. ‒ Ее зовут Ивана. Она ‒ Оборотень. Младшая в своей семье и дочь одного из наших.

Я пристально смотрю на лицо на экране.

Она привлекательна. Именно такую девушку я бы искал для ночи безудержного веселья.

Волосы длинные и настолько черные, насколько это возможно. Кожа немного темнее, но именно глаза заставляют меня наклониться вперед. Радужки серые, как уголь, губы накрашены в мой любимый оттенок ‒ кроваво-красный.

Я пытаюсь представить свой член между ними, представить ее волосы, обернутые вокруг моего кулака, но как только это достигает цели, волосы становятся белыми, глаза застилает лед, и я проклинаю себя.

‒ Значит, она уроженка Стигии? ‒ Крид подтверждает. ‒ Знакома с методами Темной магии?

Мать гордо улыбается, вздернув подбородок. На мгновение ее глаза ярко вспыхивают, и она кивает.

‒ Знакома, выступает «за» и обладает наибольшей властью среди своих сверстников в Университете Рата.

‒ Звучит так, будто ты выбираешь фаворитов, мама, ‒ Ледженд хмурится.

‒ Так и есть, ‒ она слегка опускает подбородок, выставляя вперед черные ногти, и изображение исчезает. Теперь ее глаза сужаются, и я знаю, что за этим последует. ‒ Что произошло сегодня в саду?

‒ Я воспользовался королевской магией, чтобы манипулировать разумом Лондон.

‒ Хорошо. Эта маленькая сучка выходила из-под контроля.

Я сохраняю невозмутимое выражение лица, медленно киваю.

‒ Да, это так. Это больше не должно быть проблемой.

‒ Ты имеешь в виду, что нам не нужно беспокоиться о том, что она пытается убить всех на каждом шагу и становится дочерью, которой, как все ожидали, должно быть отродье Убийцы? ‒ на лице матери появляется странное выражение, которого я никогда раньше не замечал, но не могу прочесть.

Или, может быть, я не уделял достаточно пристального внимания…

‒ Именно. Я согласен.

‒ Она больше не помнит, что она пара Найта, ‒ Синнер предлагает то, что я не могу заставить себя сказать.

Мама смотрит на меня, моя маска на месте, а затем ее плечи чуть опускаются.