Читаем Судьба амазонки полностью

– Понятно. Сейчас лошадь оседлаю, не на твоей же вдвоём скакать. Подожди.

Старик скрылся в конюшне, оставив молодых познакомиться поближе. Хельга и Берт остались наедине. Неловкое молчание повисло в воздухе. Оба симпатизировали друг другу, но никто не решался начать первым. Глаза юноши смотрели в самые глубины её души, и уже привыкшая повелевать охотница умерила пыл. Молодой человек принял повод вместо удалившегося старого воина. Он ласково оглаживал шёлковую шею лошади, та успокоилась и наклонила морду к лицу молодого человека. Он тихо пробормотал что-то.

– О чём вы там шепчетесь? – не удержалась Хельга.

– Не скажу, – улыбнулся странник.

– Как тебя зовут?

– Берт.

– Откуда ты родом?

– Это допрос?

Охотница смутилась. Она привыкла к тому, что имеет право управлять людьми, как ближайшая помощница Архелии, но юноша не желал и не обязан был подчиняться. Он заинтриговал доверчивую воительницу, и девушка не смогла удержаться от следующего вопроса:

– Ты воин?

Берт отрицательно покачал головой.

– Кузнец, лекарь, песенник?.. – она продолжала перечисление. – Да что ты умеешь?

– Почти ничего.

Хельга встала в тупик:

– Чем же ты живёшь? Разбоем? Меч у тебя прекрасный, наследство?

– Я учу людей любить друг друга. Я странствующий проповедник. А меч мне дал мой господин, что спас меня в детстве. Он считает, что любовь нуждается в защите не только словами.

– Я однажды видела одного из вас. Он был очень старый. Рассказывал о разных чудесах. Жрецы прогнали его, а нам объяснили, что он сумасшедший врун. Если бы мы слушали его, то старые боги обиделись и отвернулись от нас.

Хельга оживилась, припоминая детство. Тогда старый странник пришёл в их лесную деревню, и после его ухода люди долго перешёптывались о таинственном человеке. Старожилы были согласны с его словами, но считали, что начинать выполнять заповеди надо или всем сразу, или никому, чтобы не оказаться в роли барана, который добровольно пришёл на заклание. Жители боялись оказаться добрыми овцами в мире волков. О нападениях разбойников и враждебных племён мужчины их рода знали не понаслышке. Как ни заманчивы были обещания проповедника о вечной душе, но и прежние жрецы также щедро раздавали их. Благонравного старика вскоре забыли. Однако зёрна его нравоучений были брошены в сердца людей, уставших от бесконечных распрей и войн. Они давали незримые всходы даже в будничной жизни. Появилась надежда, что существуют и другие боги, более сильные. Они наградят за добрые дела и приютят в оазисе отдохновения после тягостных трудов. Жизнь многим в селении казалась серым и унылым миром постоянной борьбы за выживание. Смутные времена никак не желали заканчиваться.

– Так ты один из них?

– Один из «сумасшедших»? Наверно, да.

– Тогда тебе лучше уйти, – она с опаской оглянулась на стены городища, будто их могли оттуда услышать. – Меньше всего тебя ждут именно здесь.

– Я останусь, потому что мне надо спасти одного человека от вашей богини.

– Кого? Я всех знаю.

– Её знаешь очень плохо, я уверен.

Хельга тревожно сверкнула глазами. Всё-таки открытый взгляд парня очень понравился ей, и девушка решилась выведать его секрет до конца, но их разговор прервало появление старика верхом на приземистом вороном коне.

– Ты должен мне всё рассказать, потому что находишься на нашей земле.

Охотница снова попыталась использовать данную ей власть. Безрезультатно, парень свысока посмотрел на всадницу. Как это получилось у стоящего по колено в грязной яме молодого человека, для Хельги осталось загадкой. Он снисходительно улыбнулся:

– Приезжай вечером, расскажу.

Она задорно вскинула голову:

– Хорошо, если не соврёшь.

– Не в моих правилах.

Охотница умчалась в сопровождении хозяина домика. Берт остался стоять, опершись на лопату и удивляясь собственной решительности.

Архелия ждала старика в доме, где жила с дочкой, кормилицей с ребёнком и подругами, предусмотрительно расположившимися в дальнем крыле строения. За занавесью тихо посапывала наследница престола амазонок, поэтому мать говорила вполголоса:

– Садись, настала пора нам поговорить о дальнем переходе. Спасибо, что согласен провести нас к рынкам.

– Да ладно. Чего уж… – старик был польщён тёплыми словами.

– Ты немолод, выдержишь?

– Тряхну стариной, только бы моя ведунья согласилась.

– Уговорим, – Архи многозначительно взглянула на замечтавшуюся в углу Хельгу.

– Граф Роскви предлагал проводника, но мне кажется, что он приставлял к нам соглядатая.

– Ты права, права… Да только глаз у них и в деревне хватает.

– Как ты думаешь, чего он хочет?

– Я, девочка, на пиру не был и его не видел. А хотят они все одного: дать поменьше, а взять побольше.

– Напасть может, чувствую. Одной рукой даёт, другой отнимает. Я с тобой согласна. Возьмём человек двадцать. Остальные здесь останутся для верности. Справимся?

– Ты смелая, девочка.

– Мне больше ничего не остаётся, – с грустной усмешкой произнесла Архи.