— Да что с вами такое?! — Внезапно вскричала Рика и бросила мою руку, которой я крепко сжимал ее пальцы. Она кинулась на проезжую часть, вынуждая машины остановиться. — Неужели вы ничего не видите?! Неужели не слышите?! — Со слезами на глазах кричала она. — Или все это просто дурацкий розыгрыш?! Что с вами происходит?!

Я бросился к ней и попытался затащить обратно на тротуар, но это оказалось не так-то просто. Рика извивалась, пыталась высвободиться и кричала, абсолютно не стесняясь выражений. Я уже не обращал внимания ни на сигналящие нам машины, из которых уже успела образоваться пробка, ни на неодобрительные замечания женщин, ни на сальные шуточки, типа: «Братан, не стоит паленку брать! Лучше у бабушки, самогонки или пивка разливного!» и наподобие этого.

Наконец мне удалось оттащить ее в сторону. Я повернулся спиной к дороге и крепко обнял Рику, своим телом защищая от насмешек и издевок. Никто нас не понимал, никто ничего не видел. Рика замерла и тихо плакала, пряча лицо на моей груди. Аккуратно поглаживая ее по волосам, я тяжело вздохнул, обдумывая наше положение, и поднял голову.

Лицо Лешки было бескровно. Он ужасно побледнел, губы его дрожали, он пытался что-то сказать, но челюсти его словно свела судорога. Он протянул руку вперед, как и тогда, в коридоре, указывая на что-то у меня за спиной. Стараясь не подать виду, чтобы Рика ничего не поняла, я медленно оглянулся. Нарушив четкую картину, от общего строя отделились два вертолета и двигались к нам. Прямо к нам. Это могло быть случайностью, но нет.

Сердце мое обмерло уже в сотый раз за сегодня. Тело пронзил холод. Лихорадочно соображая, что делать, я, при этом, отчаянно стоял на месте. Можно было что-то сделать, наверное можно было. Подготовленный человек справился бы со страхом, но мы… мы ведь были детьми и нам было страшно. А страх плохой союзник. В критический момент он свяжет твои ноги путами слабости, так, что перестанешь их чувствовать. На руки он повесит тяжелые цепи, отчего ты не сможешь ими пошевелить. А тело пронзит иглами пустоты, чтобы ни мысли, ни чувства не могли собраться в картину единого решения, а только хаотично метались по загустевшей крови.

Дикий визг, а за ним рев мотора вывел меня из оцепенения. Из-за угла вылетела белая «Девятка» и, визжа покрышками, резко остановилась возле нас.

— Садитесь! — Скомандовал Саня, открывая пассажирскую дверь.

Мы не заставили повторять дважды. Лешка с Рикой сели сзади, я впереди с Саней. Как только все заняли свои места, Сашка ударил по газам и мы рванули вперед, лавируя между машинами. Двигатель ревел, обороты достигали максимальной высоты, но Саня уверенно держал руль. Я знал, что он хорошо водит машину, но сейчас его водительские навыки открывались в полной мере. Нам сигналили, на нас кричали и махали руками, даже попытались остановить полицейские, когда мы проскочили мимо поста, но мы и не думали останавливаться.

Наш путь лежал через высокий мост, поднимающийся над железнодорожными путями. Когда мы заехали на его самую высокую точку, Рика вскрикнула и снова залилась слезами, Лешка просто закрыл глаза, а я со страхом и зарождающейся ненавистью смотрел на высоченное здание, на инопланетные аппараты, летающие над городом и на огненные облака, которые временами появлялись там, где пролетали вертолеты.

— Едем ко мне. — С мрачным выражением лица проговорил Саня. — Есть подвал…

Я посмотрел на Рику, но она закрыла глаза и отвернулась, дав волю слезам. Взрывы гремели там, где жила она. Где жили ее родные.

— Поехали. — Тихо прошептал я, сжимая кулаки.

1.1

Подвал был шикарным. В просторное, хорошо утепленное помещение, вели три ступеньки, аккуратно обитые деревом, как и стены. На полу лежал линолеум, а на нем толстый ковер. Полный комплект бытового оборудования. Раздельный санузел. В общем, здесь можно было спокойно жить, не то что пережидать нападение пришельцев. В том, что это были пришельцы — жители других миров — сомнений не было. Технологии поражали, а методы захвата еще больше. Вот только что это за технологии, которые позволяли настолько замутить разум человека, чтобы он вообще не обращал внимания на происходящее вокруг. Даже если его резали стеклами и били тяжелыми предметами, если на него забиралось мерзкое металлическое существо. И почему, во всем этом хаосе, мы четверо не попали под это странное влияние и видели все, абсолютно все? Разговорами на эти темы мы и были заняты, пока, с бесчисленными предосторожностями, перетаскивали дополнительные вещи и продукты из квартиры в подвал. Провианта и вещей первой необходимости было не мало, но не достаточно на четверых. А нам тут, как я предполагал, придется посидеть некоторое время.

— Все, это последний. — Выдохнув, сказал Лешка, ставя на пол, рядом с другими ящиками и сумками, картонную коробку, из которой одновременно торчали несколько хрустящих багетов, часть пододеяльника, подушки и другие вещи. Он более-менее отошел от шока и теперь мог разговаривать нормально. — И все равно ни хрена не понятно.