Читаем Судьба полностью

Сказав это, воевода первым зашагал вперед по заснеженной дороге и вскоре достиг крайнего дома. Прямо за ним в сторону меж деревьев действительно уходила малозаметная тропинка. Но она там была. И даже под снегом эту тропу можно было различить. На сей раз Ратиша промолчал, с уважением посмотрев на воеводу. Сам же Евпатий, казалось, был даже не рад своей находке. Он только вздохнул и приказал:

– Идем, пока не стемнело.

И первым шагнул на тропу.

– Евпатий Львович, – вдруг попросил Ратиша, окликнув его, – дозволь я? Так оно спокойнее будет.

Коловрат обернулся, встретился взглядом с верным ратником и едва заметно кивнул, пропуская того вперед. Сделав буквально два десятка шагов по тропе, Коловрату внезапно почудилось, что кто-то смотрит ему в спину. Он вновь обернулся и не увидел позади никакого починка. Только припорошенные снегом сосны стояли вдоль тропы.

«Может, Ратиша и прав, – подумал воевода, еще раз перекрестился и зашагал дальше, – лучше вообще не оборачиваться».

Сосновый лес по обеим сторонам рос сплошной стеной, почти не пропуская свет. И чем дальше рязанские ратники уходили от того места, где был починок, тем становилось темнее, хотя до ночи было еще далеко. А тропа все вилась и вилась между темными стволами деревьев, словно белая лента.

Поляны попадались по пути редко и были так похожи одна на другую, что вскоре и Коловрату стало казаться, что они ходят кругами. Несмотря на то что это была глухомань, а до ближайшего города несколько дней пути, непуганые звери почему-то не попадались ратникам, как это было на другом берегу Оки. Следы были, однако, ни куропатка, ни заяц не шныряли мимо них, не стучал дятел высоко в кронах деревьев. Лес словно вымер.

Лишь один раз случилось повстречать им зверя. Но странный то был зверь. Через пару верст тропа, наконец, свернула от берега в чащу и пошла вниз. На очередном повороте увидели ратники огромный валун бурого цвета, свободный от снега. Но едва приблизились к нему на десять шагов, как вдруг валун этот зашевелился, поднялся на задние лапы, и, раскрыв пасть, зарычал так, что задрожали окрестные сосны.

– Шатун! – выдохнул Коловрат, словно давно ждал с ним встречи.

– Бей его, ребятушки! – приказал Ратиша арбалетчикам, когда огромный медведь со злыми глазами бросился на них.

Но едва арбалетчики выпустили в медведя по стреле почти в упор, а Ратиша даже успел метнуть в него боевой топорик, как прямо перед ними возникло облако из тумана. А когда оно рассеялось, медведь пропал бесследно. Ратиша, ожидавший увидеть перед собой окровавленную тушу, пробитую в трех местах арбалетными болтами, обомлел. Придя в себя, следопыт выдернул топорик из сосны и вернулся на тропу.

– Истинно говорю, леший нас водит, – прошептал Ратиша, обернувшись к Коловрату и перекрестившись три раза, – нечисто тут.

– Идем дальше, – приказал Коловрат, стараясь не обращать внимания на застывшие от изумления фигуры «лесных духов», – обратной дороги нам нет. Только через это чертово озеро. Как найдем его, так все и узнаем: чисто тут или нечисть завелась.

– Ты прости, Евпатий Львович, – не удержался Ратиша, когда они снова продолжили путь, пустив вперед арбалетчика с заряженным оружием, – а твой этот Васька, часом, с нечистым не в дружбе?

– Он много кого знает, – криво усмехнулся боярин, чем еще больше смутил Ратишу. – И много чего. Вот потому-то нам и нужно встретиться.

А увидев недоумение в глазах верного ратника, обернулся и добавил с наигранной смелостью:

– Да ты не боись, Ратиша. Нет на свете такой нечисти, чтобы русскому богатырю дорогу преградила. Верно?

– Верно, – осторожно кивнул Ратиша, все еще под впечатлением от увиденного, – значит, найдем озеро и все узнаем.

– Вот и ладно, – подтвердил Коловрат, которого тоже не покидало ощущение, что забрели они в какие-то заповедные места, где нечисть водится. Он и не знал до сих пор, что в окрестностях Рязани имеются такие. Но после вопроса Ратиши воевода поневоле призадумался, отчего Васька выбрал именно это место для тайной встречи.

«Да, интересно, с кем же это наш атаман снюхался. Сюда, похоже, не только татарам, но и обычному человеку ход заказан, – криво усмехнулся Евпатий, шагая по тропе, что уводила отряд все ниже и ниже в темноту зимнего леса. – А попасть можно только по специальному приглашению. Надеюсь, у нас оно есть».

Вскоре вокруг потемнело настолько, что рязанцы едва могли различать друг друга и деревья на расстоянии нескольких шагов. Но были это не просто сумерки. Показалось Коловрату, что снизу поднялся и окутал тропу черный туман. Войдя в него, ратники вовсе потерялись – лес пропал из вида, тропу было почти не разглядеть. Поневоле рязанцы сгрудились в кучу и осторожно передвигались вперед, держа оружие наизготовку. Только Коловрату давно казалось, что все опасности здесь нечеловеческого происхождения и стальной клинок или стрела от них не спасут. И все же оружие в руках давало хотя бы видимость защиты от неведомого врага.