Читаем Судьба полностью

– Ну… может быть, – растерянно пробормотал он. – В некоторой степени. Тебе не нужно мне это говорить… Я знаю, это бессмысленно…

Она взмахнула рукой:

– Нет, это другое. У Майлза и его деда Петера были, скажем так, сложные отношения, когда он был маленьким. К чести Петера должна отметить, что даже в преклонном возрасте он справился, пусть и не совсем безболезненно. Хотя, надо сказать, Эйрел не оставил ему особого выбора. Наследник-мутант – или никакого наследника. Когда Петер умер, Майлзу было семнадцать, и несколько следующих лет он провел, выворачиваясь наизнанку и завязываясь в узел, – чего он только не делал ради того, чтобы старик мог им гордиться. Майлз не был бы Майлзом, если бы и сам от этого не получал удовольствие. Но зрелище было душераздирающее.

– Многозадачность. Фамильная черта Форкосиганов?

Ему удалось вызвать у нее улыбку. Она продолжила свою мысль:

– В последнее время это, кажется, прошло. Он больше не вздрагивает, когда его называют графом. И не оглядывается по сторонам в поисках настоящего графа. – Корделия помолчала и провела ладонью по его лицу. – Или настоящего адмирала.

Оливер понял, к чему она вела, но…

– Это должно что-то прояснить?

Она вздохнула:

– Может, и нет. Просто я хотела сказать, что уже наблюдала, как дорогой мне человек сжигает свою жизнь в качестве приношения мертвецу. Все мы как-то выжили, но именно что как-то. – Она улыбнулась. – К счастью, ты не сможешь быть изобретательнее Майлза в попытках себя убить. Я почти уверена, что ты переживешь оперативный отдел. А он – тебя. Деплен не ошибается.

Он кивнул. Они оба знали, что настоящий вопрос в другом.

– Вроде есть такая притча про издохшую от голода лошадь. Она, помнится, выбирала между двумя стогами сена и никак не могла выбрать?

Корделия накрутила на палец прядку волос.

– Итак, какой стог больше? Или ближе? Нужно определиться – какой более доступен.

– Оперативный отдел ближе. Странно. Проще, хотя звучит абсурдно. Но нельзя знать заранее, правда? Больше похоже на два стога неизвестного размера за закрытыми дверями. – «Принцесса или тигр?» – Мне кажется, метафора тоже не помогает. – Он попробовал другой подход: – Долг или счастье? И как человек может быть счастлив, зная, что не исполнил свой долг?

– А-а, – протянула Корделия. И печально улыбнулась.

– Скоро мне надо будет дать Деплену ответ.

– А-а.

– Это не то предложение, которое получаешь дважды. Есть и другие офицеры, ожидающие продвижения по службе.

– А-а.

– Хотя уйти в отставку адмиралом Зергиярского флота – уже куда больше, чем я мечтал добиться в жизни.

– А-а.

– Что значит «а-а»? – уточнил он слегка раздраженно.

– Это как прикусить язык, но не так больно.

– А-а, – отозвался он, что по крайней мере ее рассмешило.

– Спасибо, что доверился мне. Теперь не придется придумывать всякие зловещие объяснения твоей растерянности.

– Я выгляжу растерянным?

– Только для того, кто хорошо тебя знает.

Был ли в его жизни кто-то, кто знал его лучше и ближе? Как говорится, «нельзя заново завести старых друзей». В принципе, можно, но это займет уйму времени. А время рано или поздно заканчивается.

– Эмбрионы не смогут отправиться со мной в Форбарр-Султан, – сказал он.

– Наверняка нет.

– А ты отправиться не захочешь.

– Нет. Я сделала свой выбор и выбрала для себя Зергияр.

– В отличие от твоего Майлза я не смогу получить и то, и другое. В том, другом будущем могут быть другие награды, но… не эти. – Ему вдруг пришло в голову, что постель – не самое подходящее место для такого разговора. Хотя он и не представлял себе подобный разговор ни у нее, ни у себя в кабинете.

– Эмбрионы пролежат замороженными в полной сохранности еще лет десять. Или даже больше, – подсказала она тоном арбитра. – Если не будет извержений вулкана, но вроде в ближайшее время не ожидается. Я же… – Она покачала головой.

– Ты? – подбодрил он.

– Я хотела сказать, что тоже буду здесь. Но не замороженной в неизменном состоянии все это время, как эмбрионы. Самое большее, что могу обещать, – я планирую быть тут.

И он не мог попросить ее подождать, заморозить себя для него в криостазисе. «Сейчас или никогда» казалось чересчур драматичным, зато «сейчас или никаких гарантий» выглядело честно. Реалистично. Благоразумно… Итак, они вернулись к тому, с чего начали.

– Еще мысли?

– Боюсь, я исчерпала свои способности к беспристрастному суждению, извини.

Нет, она не избавит его от ответственности за его собственное решение. Именно такой разговор он и предвидел. Хотел ли он, чтобы она страстно умоляла его остаться? Требовала, чтобы он бросил все ради жизни и любви? Это не в обычае Форкосиганов, и все же… некогда она сделала именно так, бросила все – карьеру, семью и оставила Колонию Бета ради Барраяра. «Нет, ради Эйрела». Без малейшего сожаления? Кто знает…

– Если бы ты знала все заранее, тогда, до приезда на Барраяр, ты бы все равно сделала тот же выбор? – вдруг спросил он.

Она помолчала, размышляя.