Читаем Судьба полностью

– Видишь ли, когда меня… изгнали из аутов, я уже была генетиком, прошла полный курс обучения. Я просто не прошла отборочный тур, и не так уж много не хватило, – но нам, девушкам с внешних планет, всегда было труднее соперничать с аутами с самой Эты Кита. У них ведь был доступ к самым последним разработкам, ты знаешь. Меня выбрали в пару генералу гему Эстифу именно потому, что он получил назначение в Девятую Сатрапию, а программе Звездных Ясель требовался компетентный ассистент в их лабораторию. Женщина, которая работала там до меня, погибла при ужасной бомбежке. И ведь в нее бомба этих жутких партизан угодила случайно – просто она оказалась не в том месте не в то время. – Бабушка неодобрительно фыркнула. Тедж не поняла, что именно вызвало ее неодобрение – партизаны, их тактика или то, что они не распознали значимость того, кого убили по чистой случайности.

– У Звездных Ясель было представительство на Барраяре? А барраярцы знали? – Айвен Ксав не упоминал ничего такого, и сама она не натыкалась на подобные факты, а ведь она немало прочла за последнее время. – И что, интересно, они здесь делали?

Бабушка пренебрежительно отмахнулась.

– Очевидно же – ассемблирование полного генного обследования и библиотека генов человеческих существ, обитающих на планете. Так называемый Период Изоляции Барраяра стал уникальным естественным генетическим экспериментом, и это нельзя было не использовать. Мы, конечно, рассчитывали получить из этого что-то ценное – какую-нибудь неизвестную ранее мутацию или их набор, что-либо, что можно было бы вычленить и внедрить в высший генный базис. Но, увы, за двадцать лет так ничего и не добились. Задача перед нами стояла масштабная, но мы не получали должной поддержки, и финансирование постоянно урезали. И должна вам сказать, все, что мы открыли, – так это неизвестные ранее генетические заболевания. Шестьсот лет, наверное, слишком краткий срок, чтобы смогли развиться новые положительные изменения и отфильтроваться в популяцию. Право же, очень жаль, что эту планету открыли заново так скоро.

Некоторые комарриане тоже так считают, вспомнила Тедж, хоть и по иным причинам.

– А что у тебя здесь было? Лаборатория в этом старом дворце?

– Точнее, под ним. Раньше здесь была резиденция какого-то графа, потом дворец достался младшим членам семьи, а уж затем его экспроприировало правительство Сатрапии. Аут Зая, глава нашей группы, была им не слишком довольна, зато оно предоставляло в должной мере безопасный вход в нашу рабочую зону. Для того времени лаборатория была достаточно хорошо оборудована: биозащита, и всякое такое.

Тедж как-то не совсем поняла:

– Если это была просто библиотека генов, то зачем тогда вообще устройства контроля биологической опасности?

– Никогда ведь не знаешь, что может случиться… – Бабушка не стала конкретизировать.

Такое расплывчатое объяснение Тедж не устроило. Все это как-то странно… Она погрузилась в свои мысли и не услышала, как баронесса ей что-то сказала.

– А? Что? – встрепенулась Тедж.

– Я говорю, Тедж, хватит уже сидеть разинув рот, ворона залетит. Не отвлекайся; это важно для нашего будущего, – призвала ее к порядку баронесса.

Какое еще будущее, они только о прошлом и говорят. О замшелой древности. Тедж постаралась не вздыхать и сделала вид, что внимательно слушает. Ей вообще-то надо успеть до отъезда побольше рассказать им про леди Элис…

– Но все же мы имели дело с гемами, дорогая. Аут Зая обходилась здесь собственными запасами, обычная предосторожность, ничего более. Ведь лучше перестраховаться. – Бабушка многозначительно кивнула и продолжила рассказ: – Здесь, в Форбарр-Султане, был только региональный аванпост, ты же понимаешь. Основное оборудование и прочее находилось в орбитальной лаборатории – в той, которую сожгли в атмосфере, потом уже, когда спешно уходили с Барраяра. Я в этой лаборатории только раз и была, я ведь не могла рассчитывать, что меня туда назначат, молодая слишком. Оборудование там было гораздо лучше, чем у нас внизу. Какая потеря! По крайней мере все данные оттуда мы спасли.

– Что возвращает нас, Тедж, к твоему молодому человеку, – громогласно вступил в разговор папа.

– Что? – На этот раз Тедж все-таки удалось не разинуть рот от удивления.

– У тебя было время его изучить. Какие в его случае рычаги? – спросил папа.

– Рычаги?

– Тедж! – прикрикнула баронесса, теряя терпение, но папа остановил ее и разъяснил:

– Ну да. К примеру, жаждет ли он власти? Положения в обществе? Богатства?

– Не знаю.

– Как можно не знать? – удивилась баронесса. – Это же самое основное.

Тедж пожала плечами:

– Я так поняла, что его мать богата – ей принадлежит то здание, где живет он, то, где живет она сама, и еще другие дома поблизости, и что-то еще за пределами столицы, не знаю, что именно, – а он единственный ребенок. И у него есть какой-то еще трастовый фонд от родственников со стороны отца. И еще офицерское жалованье, на которое он главным образом и живет.

– Я не совсем это имел в виду, – сказал папа. – Многие богатые хотят стать еще богаче – может, у них какой замысел или это навязчивая идея.