Читаем Судьба полностью

– Полагаю, самый быстрый способ все выяснить – просто поговорить с ними. Ну, ступайте и постарайтесь их осчастливить, – махнул рукой шеф, не выказав ни малейшего сочувствия. – Утром мне обо всем расскажете. – И Деплен произвел быстрое стратегическое отступление, бросив в жертву арьергардный заслон в лице Айвена.

Могло обернуться и хуже – если бы Деплен вдруг надумал остаться… Айвен вздохнул и нехотя потащился за чересчур исполнительным лейтенантом, который сообщил:

– Я отвел их в комнату для переговоров номер три, сэр.

При вестибюле здания Генштаба имелось несколько таких комнат, предназначенных для тех, кого штабисты не хотели пускать в свою святую святых. Айвен полагал, что все они оборудованы видеомониторингом. Лейтенант провел его в переговорную номер три, самую маленькую. Там – как обнаружил Айвен – царила примерно столь же теплая и уютная атмосфера, как в зале ожидания налогового управления. А не сделали ли ее такой мрачной специально, чтобы посетители особо не засиживались?

– Капитан Форпатрил – детектив Фано и детектив-патрульный Салмона, служба безопасности купола Солстис. Я могу теперь вас оставить? Господа детективы, когда закончите, будьте добры вернуться на пост охраны и отметиться. – И лейтенант, в свою очередь, ретировался с умеренной поспешностью.

Фано оказался коренастым мужчиной, Салмона – худенькой, но физически крепкой женщиной. Он был в гражданском, она – в форме и при полном вооружении, полагающемся полицейскому при патрулировании улиц, включая парализатор в кобуре и шоковую дубинку. Оба выглядели моложаво, но были уже не молоды. Не поседевшие в боях ветераны, но и не новобранцы; стало быть, родились после завоевания, хотя, возможно, у их родственников постарше и сохранились печальные воспоминания. На левой руке Салмоны Айвен автоматически отметил обручальное кольцо.

Фано встал.

– Спасибо, что согласились с нами встретиться, капитан, – произнес он официальным тоном и указал на стул по другую сторону стола: – Садитесь, пожалуйста.

Давит на психику, пытаясь показать, что хозяин тут он – как в кабинете для допросов, – ну и пусть. Айвен сел, нейтрально кивнув обоим. Он как-то раз проходил обучение по технике противодействия на допросе, правда, это было давно. Остается надеяться, что, если понадобится, он вспомнит, чему там их учили.

– Сэр, мэм, чем я могу быть полезен службе безопасности купола?

Детективы обменялись взглядами, и Фано заговорил первым:

– Сегодня на рассвете мы провели арест по факту взлома и проникновения близ озера Кратер.

Черт подери, как этой парочке удалось так быстро его найти? «Не паникуй. Ничего дурного ты не совершил». Ну ладно, допустим, кое-что дурное он все-таки совершил – начиная с того, что выслушал Байерли Форратьера. Но вот противозаконное – вряд ли. «Ага, и вообще я тут жертва». Вслух же он сказал только:

– А?

– О, – вступила в разговор Салмона, вытаскивая из кармана видеокамеру и устанавливая перед собой и Фано, – вы не возражаете, если мы будем вести запись? Для такого расследования это стандартная процедура.

«Почему бы и нет? Я вполне уверен, что наши запись уже ведут». Да, и расшифровка стенограммы станет первым, что увидит завтра утром адмирал Деплен, – тут можно не сомневаться. Ой, лучше бы без этого…

– Конечно, не возражаю, продолжайте, – согласился Айвен, вовсю изображая простодушие, и одарил детектива-патрульную приветливой улыбкой. Но, похоже, у полицейской против его обаяния имелся иммунитет.

Фано продолжил:

– Квартира, которая была взломана, числится как арендованная молодой женщиной по имени Нанья Бриндис, недавно переехавшей в Солстис из купола Олбия. К сожалению, сера Бриндис не обнаружена нами ни минувшей ночью, ни сегодня в течение дня – утром она не явилась на работу. Как мы понимаем, ранее, вчера вечером, вы вступили с молодой женщиной в контакт. Не желаете ли вы описать это событие? Своими словами.

«Чтобы получше подставиться», – мысленно добавил Айвен. Сколько информации у них уже имеется? Они, конечно же, видели скан кредитки, которой он воспользовался в том офисе, и, возможно, поговорили со второй служащей – и кто знает, что там еще. А значит, ему лучше всего по возможности придерживаться истины, но не предавая при этом ни Байерли, ни Нанью-Тедж. Ни Империю. Ни самого себя – впрочем, где именно находится в этой иерархии он сам и кто станет козлом отпущения, догадаться было нетрудно. Он вздохнул – потому что, если бы он заблеял, комарриане бы его не поняли.

– А, ну да, я заходил в доставку, где она работала, – отправить домой посылку. Это было перед самым закрытием, и я пригласил ее пойти выпить где-нибудь или поужинать.

Салмона нахмурилась:

– Зачем?

– Э-э… а вы что, еще не видели ее фотографию?

– На ее рабочем пропуске был снимок, – сказал Фано.

– Значит, на этом снимке она вышла не лучшим образом. Поверьте мне, она на редкость привлекательная молодая женщина.

– И?.. – произнесла Салмона.