Читаем Суд Рейнмена полностью

За окном монотонно шумел обложной дождь; будильник на тумбочке тикал не спеша, обстоятельно: «Тик. Так. Тик. Так», как будто сообщая что-то очень важное. Под эти звуки Иветта Малькова полностью приготовилась к новому дню.

В 7.55 она вскочила с кровати, опустилась на пол и начала отжиматься от пола, считая отжимы. На счет «88» длинная футболка прилипла к спине; на счет «103» мускулистые руки Иветты стали подраги-вать. Досчитав до 150, Иветта легко оттолкнулась от пола и прошла в ванную, открутила кран в душевой кабине, убрала взъерошенные черные волосы под купальную шапочку, швырнула на пол футболку и встала под обжигающе холодные душевые струи. Когда смуглая кожа Иветты посинела и начала терять чувствительность, Иветта завернула кран, выскочила из кабины и растерлась огромным, как простыня махровым полотенцем. Кровь в жилах сразу побежала веселее.

Иветта сдернула шапочку, тряхнула головой и стала одеваться.

Кружевное белье «Нина Риччи» было единственной дамской слабостью, которую позволяла себе Иветта. Сверху она натянула обтягивающие брюки из черной кожи и ярко-синюю футболку на восемь размеров больше, чем нужно. Обувь – тяжелые ботинки на рифленой подошве. На голову – черная бан-дана. Немного сухого дезодоранта «Меннен Альтимейт». Зубная паста «Бленд-а-мед» с активными мине-ралами. Массивные электронные часы на запястье. Кобура с табельным пистолетом на пояс брюк. Не-много перламутрового карандаша на веки. Немного светлых румян на высокие скулы. Покончив с этим, Иветта увидела в зеркале невысокую смуглую до черноты мускулистую женщину с крупными и немного грубоватыми, но красивыми чертами лица, энергично блестящими карими глазами и озорной белозубой улыбкой. Подмигнув своему отражению, заместитель начальника следственного отдела Причерномор-ской прокуратуры Иветта Станиславовна Малькова вышла из ванной.

Дом уже просыпался, шевелился, шумел. В комнату Иветты вошел Станислав Маркович Мальков, великан, по сравнению с которым Вин Дизель, Жан-Клод Ван Дамм и Стивен Сигал показались бы не-мощными хлюпиками. На фоне мощной комплекции очень странно смотрелось простодушное выражение лица, а темно-синий костюм «Хьюго Босс» выглядел диссонансом. И меньше всего Станислав Мальков походил на председателя городского совета. Неуклюжий, сильный как трактор, громкоголосый гигант, который мог одним ударом кулака расколоть столешницу, он скорее походил на портового грузчика, мо-ториста или боксера-тяжеловеса.

– Слышь, Ветка, – пророкотал Мальков с порога, – решил галстук повязать, твой подарок на день рождения, а как он, зараза, завязывается, не помню, – он потряс зажатым в руке галстуком. – Ты бы не помогла старику отцу, а?

– Сейчас, – Иветта взяла у отца галстук, и, встав на цыпочки, закрепила его на мощной шее Стани-слава Марковича.

– Ну, спасибо, – Мальков полюбовался на обнову в зеркало, потом взглянул на дочь и высоко под-нял брови. – Ну ты, блин, и вырядилась. Ты на работу собираешься, или на дискотеку? Тебя охранники на входе не скрутят для выяснения личности?

– Свободная форма, папа. Может так и лучше. Помнишь, как Воробьев сотрудников муштровал, ввел дресс-код строже, чем в иных офисах, чуть ли не в мундирах заставлял ходить, а чем все кончилось?

Мальков гулко захохотал:

– Да уж, спеси много, а засыпался, так весь Регион рассмешил. Скинули дурака надутого, да с каким треском! Вот тебе и строгие правила, вот тебе и дресс-код! У нас в горсовете и в мэрии полгода все за животики держались. Ну, что у тебя на работе-то, Ветка? Скоро того прохиндея поймаешь, который дождливыми ночами с ножом шурует?

– Если бы знать! Сегодня как раз с Платовым из ГУВД встречусь.

– Платов! – покачал головой Мальков. – Такое серьезное дело, а поручили пацану сопливому, ему бы только безбилетников по троллейбусам отлавливать да старух с укропом у рынка проверять… Ладно, не взвивайся. Вы ж, молодежь, сейчас такие умные стали, всему стариков научите. Ладно, Ветка, работай. Да, и скажи Юльке, к ужину не ждите. Мэр собирает междусобойчик по случаю принятия нового законо-проекта, дело обмывки требует.

Мальков протопал в коридор. Иветта, чуть улыбаясь, стала собирать рабочую сумку, когда вдруг за стеной оглушительно взревела музыка и два девчачьих голоса заверещали как мартовские кошки:

– Я сошла с ума, я сошла с ума,

Мне нужна она, мне нужна она!

Иветта поморщилась, бросила сумку в кресло, выскочила в коридор и пинком распахнула дверь иг-ровой комнаты племянников.

Шестнадцатилетний племянник Сева сидел в наушниках у компьютера, подбирая мелодию к словам своей новой песни. Пятнадцатилетняя племянница Ира пялилась в видеоэкран. На экране извивались две нимфетки в клетчатых юбочках и белых блузках и наперебой вопили, что они сошли с ума.

– Ирка!!! – заорала Иветта, перекричав музыку и писк Юли Волковой и Лены Катиной . – И не на-доело тебе эту фигню по утрам гонять на весь дом?!

Сева сдвинул наушники на затылок.

– Ветка, ну ты прямо громче деда орешь, – сказал он. – Когда-нибудь окна полетят.