Читаем Суд истины полностью

— Может быть, тебе нужно сделать перерыв, собраться с мыслями снова через некоторое время со свежим взглядом на ситуацию. Я бы предложил прогуляться с тобой по саду, но в прошлый раз, когда мы это делали, это не сулило нам ничего хорошего, — размышляет он, заправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо, когда я ухмыляюсь ему.

Это мягко сказано, и мы оба это знаем. — Я согласна. Думаю, у нас и так достаточно забот. Оставаться здесь, похоже, безопаснее.

— Ты уже поела? Мы могли бы пойти перекусить, — предлагает он, и я качаю головой.

— Я не голодна. После того, как Джейни настояла на том, чтобы накормить нас всех перед уходом, я даже не могу представить, что буду есть прямо сейчас.

— Хотя стейк был чертовски вкусный, — говорит он со вздохом, и я ухмыляюсь.

— Мне кажется, что с этого все и началось, — размышляю я, мой взгляд расфокусировался, когда я вспоминаю, как впервые вошла в закусочную Джейни.

— Что ты имеешь в виду?

— Броуди повел меня на свидание в «У Джейни», потому что хотел стейк. Это, в свою очередь, разозлило Кассиана и привело к тому, что вы трое прервали нашу трапезу. Мне удалось выскользнуть наружу, но ты не дал мне заблудиться среди деревьев, только для того, чтобы я оказалась втянутой в первую дуэль из многих.

— Черт. Это была беспокойная ночь, если хочешь знать мое мнение. — Его руки находят мои плечи, успокаивающе сжимая, когда я вспоминаю ощущение его тела, прижатого к моему той ночью.

— Такое чувство, что кто-то нажал на акселератор той ночью и с тех пор не снимал ногу с педали, — соглашаюсь я, пока он большими пальцами разминает мои напряженные мышцы, пытаясь ослабить узлы.

— Если бы ты прямо сейчас стояла перед этой версией себя, что бы ты ей сказала? — спрашивает он, и я хмуро смотрю на него.

— Почему? Я уже не та девушка?

Он качает головой. — Не совсем, нет.

Я напеваю, размышляя над его словами, перебирая в памяти все, через что мы прошли за такой короткий промежуток времени, постепенно понимая, что он прав. Я та же девушка, но и не совсем. Многое изменилось. Не только вокруг меня, но и внутри меня. — Честно говоря, я бы посоветовала ей довериться процессу. Что даже если на твою жизнь претендуют четверо безумцев, это того стоит. Даже если ты этого не хочешь. Нет смысла откладывать неизбежное, когда оказывается, что это больше, чем ты можешь себе представить.

Я чувствую изгиб его губ на своей шее, когда он оставляет мягкие поцелуи на моей коже.

— А что бы она тебе сказала, если бы стояла сейчас здесь?

Я усмехаюсь, мои веки закрываются, пока я думаю. — Она бы послала меня к черту, оставаясь спокойной и собранной. Она бы сказала мне, чтобы я плевала на традиции, связанные с королевской семьей. Более того, она бы посоветовала мне действовать любыми необходимыми средствами. Чего бы это ни стоило, чтобы защитить тех, кого она любит, и королевство.

— Это потому, что ты свирепая, жизнерадостная и безжалостная. На что была бы похожа ее защита королевства? Какие действия она бы предприняла?

Я сглатываю, когда его руки скользят вниз по моим бокам, его пальцы сжимаются на моей талии, в то время как его губы продолжают касаться моей плоти, оставляя после себя мурашки. Его прикосновение подпитывает адреналин, бегущий по моим венам, когда я провожу языком по губам и пытаюсь обдумать его вопрос.

— Она будет бороться до самого конца. В этом нет сомнений. Она не стала бы отсиживаться здесь, ожидая, пока кто-то другой сделает первый шаг. Я никогда не была из тех, кто действует в обороне. Не совсем. Я всегда предпочитала наносить удар первой. — Мой монолог быстро меняется с нее на меня, заставляя меня осознать, что то, как я описываю себя, какой я была некоторое время назад, именно так, как я хочу, чтобы меня описывали сейчас. — Я устала играть в эти игры. Мы уже имеем дело с последствиями действий Совета, последнее, что нужно нашему народу, это кровавая бойня, которую несет эта женщина. Мы заслуживаем чувствовать надежду, мы заслуживаем процветать и мы заслуживаем единства.

— Тогда расскажи мне, как мы это сделаем, принцесса, — шепчет он мне на ухо, когда его пальцы проскальзывают за пояс моих брюк.

Мое дыхание застревает у меня в горле, когда его ласка посылает мурашки по моему телу. Одной рукой он нежно задевает край моих трусиков, другой надавливает мне между лопаток. Я без вопросов наклоняюсь вперед, кладя ладони плашмя на стол.

Я не могу думать о его вопросе. Его прикосновение делает невозможным думать о чём-либо, кроме ощущения его кожи на моей.

— Не могу решить, стоит ли мне баловать тебя за каждую твою идею или выжать тебя до последней капли в надежде, что твой разум расцветёт. Я здесь, чтобы вдохновлять, — размышляет он, проводя кончиком пальца по моему клитору и прижимая свой огромный член к моей заднице.

Черт.