Читаем Субтильность (СИ) полностью

Одетая в ярко-красный халат с рисунком желтого дракона на спине, она медленно подошла к отчиму, и его улыбка заставила низ живота заныть в чувстве дичайшего возбуждения. Она уже испытывала это. Ей знакома эта истома. Девушка медленно тянула пояс халата, и как только он ослабил свой плен, Анатолий увидел обнаженное тело падчерицы. Виктория скинула халат с плеч, и смущенно сжалась. Ее руки скрещены под грудью, словно выставляя их вперед, она отводила смущенный взгляд, но мужчина не желал этой скромности. Протянув ладонь к животу, он заставил его дрожать. Он потрогал пальцами легкий пушок на лобке, и плавно скользнул между нижних губ, ощущая жар, естественную скользкую влагу. Медленно, доводя девушку до безумия, он так же скользил пальцами обратно, но к его удивлению, промежность падчерицы соединяла тонкая линия возбуждения с его грубыми пальцами. Да, сегодня он хотел ее иначе. Никакого телесного проникновения. Только ласка. Ласка для нее. Пряник без кнута.

Он склонил колено, и его ладони придерживали аппетитные женские ягодицы, пока острый язык играл вокруг аккуратного пупка. Болтая бусинку по кругу, он заставлял девушку чувствовать всю гамму странных, приятных и безумно стыдливых чувств. Боль скрещивалась с настойчивым возбуждением, создавая совершенно новое чувство. Это словно пить уксус вприкуску со сладкой клубникой, ублажать мужчину с дулом у виска, словно быть любовницей верного супруга. Двояко, нелогично, но доводящем до экстаза.

Виктория закрыла глаза и забылась в сладкой неге собственной фантазии. Вокруг все темнело, и она не понимала, где находиться, что вокруг твориться. Сейчас была только она. Невидимые руки, множество блуждающих по телу рук. Это что-то схожее с безумие, и неуспевающими сменяться кадрами грязного, винтажного порно. Одни руки ласкают ее талию, поднимаясь выше останавливаясь на груди и касаясь шеи. Твердели от холода соски, и вдруг кто-то кусает их не давая сжиматься ногам, ставя преграду между ними. Она тяжело дышит. Грудь подымается и так же нервно опускается, не успевая за ритмом дрожащих, жадно хватающих глотков воздуха. Судороги сковывают конечности, и все тело изнемогает от ласки.

Она чувствует себя загнанной в угол инквизиции ведьмой. Страстной, лакомой ведьмой, которую хочется пытаться самым грязным способом, заставлять ее сознаться в том, что она не совершала и смотреть, как она пляшет в раскаленных до безумства кандалах. Запрокинуть назад голову ведьмы, и долго вглядываться во взгляд земной Мадонны. Вилка еретика не позволила бы ей опустить голову, внедряясь остриями концов в кожу. Да, она умирала бы медленно, на сладкое наслаждения своим мучителям. Властные судьи говорили бы о ней, то, что бояться сказать другие. Они сказали бы ей о ее распущенности. Дали бы режущим языкам потешить собственное самолюбие под не отрицающую улыбку этой ведьмы.

Вика открыла глаза чувствуя, как сдавливает боль ее виски. Темно, лишь тусклые огоньки бра освещали небольшой участок комнаты. Медленная музыка саксофона заполнила зал, и девушка ощущала мягкий диван под собой. Только что-то было странным. Раздвинутые ноги ощущали промежностью холодный воздух, и странное чувство приближающегося экстаза. Чувствовало это все тело, но только в голове ничего не складывалось. Вика хрипло простонала, и судорога сковала ее бедра. Крепкие мужские ладони сжали нежные ножки, и Вика приподнялась на локтях. Прикосновение языка между ее губ заставили девушку застонать в полный голос. Она наслаждалась этими движениями внутри нее. Извивалась в такт движений острого языка и не могла сдержать эмоций. На глазах выступили слезы, как вдруг мужчина поднял голову, и Вика хрипло застонала. Горящие огнем глаза отчима заставили сжать все нутро. Мужчина ввел внутрь мокрого, истекающего женским соком влагалища два пальца, и упираясь в стеночки горячего бутона, заставила промежности девушки хлюпать и течь сильнее. Вика зажмурилась, и громкий, оглушающий слух стонущий вопль сопроводил извержение ее кратера. Сильная струя забрызгала ладони отчима, и он засмеялся. Она тяжело дышала, не имея сил свести ноги вместе. От ласки губ ее тело сгорало словно спичка. Анатолий провел ладонью по бедру падчерицы, и улыбнулся. Кожа реагировала на каждое прикосновение новой дозой острых мурашек, и мужчина нежно поцеловал колено падчерицы.

-Толь, скажи, пожалуйста, как там дела?-спросила устало Вика.-как Рита? Как Кристина?

-А ты про Риту не слышала? Она развелась со своим благоверным, у нее умер первенец, а второго ребенка отняла служба опеки. Полгода назад она умерла в пьяной поножовщине с дочерью своего мужика. –Анатолий вздохнул.-Криста...-грустно произнес мужчина.-а дохлик, честно говоря, мы последний раз с ней встречались год назад. Рассказывала, что работает секретарем у какого-то адвоката и что все хорошо. Ты не слышала же, что ее родители с братом погибли в автокатастрофе. Кошмар просто, потерять всех родных за раз.-мужчина сжал ладонь девушки.-где дохлик сейчас я не знаю, но она всегда спрашивала про тебя.