Читаем Субтильность (СИ) полностью

-Хех. Здесь не сработала бы твоя справедливость, ибо его нужно было убедить. Как? Не спрашивай, ибо я все равно не отвечу, что сработало в его мозгу. Однако я могу сказать тебе точно, что он не пропадет. Кстати, я говорила, что устроила его в свою субтильность на склад? Подумала, что там давно уже пылиться вакансия именно для него.

-Чем же он будет заниматься?-спросила Вика почесывая опухшую ладонь.

-Затаривать провиант, и следить за наличием алкогольной и не только продукции. Квартиру было решено продать, и он переберется в наш город. Короче, человек начнет свою бытие не со страдания, а с планов.-Марина улыбнулась.-кстати, Вик, ты молодец. Если бы не ты, то он загнулся бы там и никто даже про него не вспомнил.

Женщины закончили легкий ужин. Разговоры становились теплее, и постепенно, пережитое за сегодня отходило на второй план, ибо губы Марины заставляли Вику забыться. От каждого сладкого поцелуя становилось спокойнее, и хотелось просто быть. Здесь. Сейчас. Просто поцелуй в губы может вернуть человека с того света, может помочь почувствовать давно забытое тепло, ощутить себя нужным в объятьях этого человека. Марине нравился запах тела своей постельной подруги, и от каждой пряной нотки естественности она сходила с ума. Еще никогда запах не заставлял ее сходить с ума.

Глава 20

Виктория двигалась в такт энергичной музыки, и наблюдала за движениями в отражении широкого зеркала. Аккуратная кисть плавно скользила по животу вниз все ниже, постепенно касаясь кончиками пальцев промежности, но ритм резко меняется и вот танцовщица уже резко опускается на колени, выставляя свои аппетитные ягодицы. Движения вверх, звонкие шлепки и движения сменяются на низ. Изящная спинка выгнута, словно у подтягивающийся кошки. Ритм музыки постепенно становится спокойным, но все же сохраняющий дерзость. Так вытягивая поочередно ножки девушка, словно прокручивала щиколотки вправо и влево, и делала своего рода разминку. Музыка завершилась резким звуком тревоги, и девушка приняла свою завершающую позу в этом разогревающем танце.

Они вернулись с Мариной три дня назад, чему были безумно рады. Приятный горячий душ смыл весь смрад прошедших дней, стиральная машинка прокрутила их вещи, и девушки чувствовали себя лучше всех. Отец Марины волновался, ибо дочь не выходила с ним на связь столько времени, и мало ли что могло случиться. Александр перебрался в городок достаточно быстро, ибо продал конторе риелторов квартиру, чтобы скорее перебраться сюда. К работе приступил немедленно, и был откровенно удивлен, что вокруг может быть столько красивых женщин. Частенько он наблюдал за тренировками Вики и начинающих танцовщиц. Каждый танец подбирался настолько индивидуально, что даже под одну музыку можно было насмотреться на несколько совершенно непохожих друг на друга танца. Александру нравилось видеть довольную моську Вики, ибо он понимал, что этот человек нашел себя, и он был благодарен этим двум женщинам больше, чем матери, которая родила его на свет. Они не дали ему уйти в бездну собственного бессилия.

Режим рабочих суток был своеобразен и никак не совмещал в себе понятия «рабочие часы», «сверхурочные часы», и все в этом духе. Александр приходил в бар ближе к полудню. Проверял наличие и отсутствие того или иного провианта, делал пометки, а после поднимался к бармену, где и составлял список нужных ему ликероводочных компонентов, фруктового ассортимента, и закусок, и лишь после этого направлялся в кабинет, где и начинал обзвон поставщиков, переговоры и договоры.