Читаем Субстанция полностью

Ливанский подошёл к распылителю и, поднапрягшись, развернул тяжёлый металлический контейнер соплом в сторону заброшенной базы. Он решил подождать пять минут, пока дождь совсем не закончится, и ливень действительно вскоре прекратился. Небо прояснилось, однако ветер не стихал. Что ж, база как раз находилась примерно на юго-востоке. Возможно, отряд Новикова уже покинул своё временное убежище и, разгадав его не самые благовидные (с точки зрения простых смертных) намерения, направился сюда. Значит, надо действовать!

Профессор повернул механический рычаг на задней стенке контейнера, разгерметизировав и разрядив распылитель. Он решил выпустить всё, что было в баллоне, укрытом за стенками контейнера, поэтому рычаг оставил в прежнем положении и быстрым шагом направился к берегу, борясь со встречными порывами ветра, словно норовившего вернуть его обратно. Внезапно, он почувствовал какой-то укол сбоку в области шеи. Ветер неистово свистел, поднимая с земли хвою и даже мелкие останки веток дикого местного кустарника, и Ливанскому вначале показалось, что его ударило в шею одним из острых обломков этих веток, однако удар был нанесён против ветра. Он нащупал рукой что-то, напоминающее длинный и довольно толстый, шириной с палец, шип. Он с силой выдернул его из шеи и поднёс к слезящимся от ветра глазам, чтобы лучше рассмотреть. То, что он увидел не было веткой кустарника, да и вообще ничем похожим на растительность. Скорее на членистый хвост какого-нибудь гигантского скорпиона с острым и тонким жалом на конце, или какое-либо ещё средство защиты или нападения из тех, которыми столь щедро одарила природа некоторых членистоногих.

Спустя секунду Ливанский почувствовал, как будто земля уходит у него из-под ног, и в глазах всё начало расплываться, как у пьяного. Он потерял равновесие и упал. Профессор лежал, глядя в светлеющее небо и чувствуя, как все его суставы охватывает оцепенение. Однако мысли его всё ещё были на удивление трезвы.

«Что со мной? – спросил он себя. – Жало! Это ведь не инсульт, не инфаркт, а… ЖАЛО!»

Этот странный предмет лежал рядом с ним на земле, но профессор не мог ещё раз изучить его, так как был не в состоянии даже немного повернуть шеей. Сквозь свист ветра Ливанский не слышал, как что-то быстро и неумолимо приближалось к нему, минуя пустошь, а приблизившись, ощупало всё его тело и пронзительно, утробно и зловеще застрекотало, словно неистово и жадно запел целый хор саранчи. Под это странное пение неизвестных природе скрипок или попросту некий чудовищный стрекот, нечто цепко ухватило профессора за ногу и поволокло в сторону дремлющего вулкана.

***

Капитан Новиков не поверил своим глазам, когда увидел контейнер с открытым соплом. На мгновение его словно парализовало. Он достиг пустоши первым, немного оторвавшись от всего отряда, с неохотой следовавшего за ним, и сразу увидел, что контейнер был смещён с прежнего места, а сам распылитель уже неизвестно сколько времени распылял через раскрытое сопло своё внутреннее содержимое. Новиков быстро установил рычаг в прежнее положение, хотя понимал, что сделано это было поздно. Спустя минуту к нему приблизились солдаты. Пилот вертолёта Стеклов тоже сразу заметил неладное и в первую очередь, по выражению лица капитана.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Вызови по рации Иванченко и передай ему, чтобы связался с нами, как только увидит профессора, – ответил капитан. – Если он его увидит.

Новиков огляделся по сторонам в надежде заметить высокую фигуру биолога, но его нигде не было видно.

– И скажи, чтобы он был с ним поосторожнее, – добавил капитан. – Старик явно затеял какую-то опасную игру. Я пока не знаю, в чём дело, может, у него просто поехала крыша, но даст Бог, мы его найдём и разберёмся, что к чему.

Он сказал уже тише на ухо пилоту, чтобы не слышали солдаты, стоявшие неподалёку и перешептывавшиеся между собой, то и дело указывая на контейнер:

– Прикинь, Степан, он добрался сюда без нас и открыл распылитель.

Стеклов испуганно посмотрел на контейнер и схватил рацию. Он тут же передал сообщение второму пилоту, который ответил, что профессора не видел, и если тот к нему сунется, то сделает всё, как надо.

– На что он рассчитывал? – спросил Стеклов. – Что доберётся до вертолёта и заставит Иванченко улететь с острова вместе с ним? Без нас?!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Тильда
Тильда

Мы знаем Диану Арбенину – поэта. Знаем Арбенину – музыканта. За драйвом мы бежим на электрические концерты «Ночных Снайперов»; заполняем залы, где на сцене только она, гитара и микрофон. Настоящее соло. Пронзительное и по-снайперски бескомпромиссное. Настало время узнать Арбенину – прозаика. Это новый, и тоже сольный проект. Пора остаться наедине с артистом, не скованным ни рифмой, ни нотами. Диана Арбенина остается «снайпером» и здесь – ни одного выстрела в молоко. Ее проза хлесткая, жесткая, без экивоков и ханжеских синонимов. Это альтер эго стихов и песен, их другая сторона. Полотно разных жанров и даже литературных стилей: увенчанные заглавной «Тильдой» рассказы разных лет, обнаженные сверх (ли?) меры «пионерские» колонки, публицистические и радийные опыты. «Тильда» – это фрагменты прошлого, отражающие высшую степень владения и жонглирования словом. Но «Тильда» – это еще и предвкушение будущего, которое, как и автор, неудержимо движется вперед. Книга содержит нецензурную брань.

Диана Сергеевна Арбенина , Алек Д'Асти

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы