Читаем Субмарины-самоубийцы полностью

Все, что подводной лодке оставалось делать, так это висеть в воде и ждать, поскольку вражеский корабль, похоже, не утруждал себя курсом противолодочного зигзага. Чуть позднее капитан Хасимото, продолжая измерять дистанцию до корабля, стал бояться, что корабль пройдет слишком близко к лодке. Если это произойдет, его торпедам не хватит дистанции, чтобы встать на боевой взвод.

Японские торпеды, как и торпеды многих других стран, должны пройти под водой определенную дистанцию перед тем, как их взрыватель будет механически поставлен на боевой взвод, то есть сынициирует взрыв при механическом ударе. Капитан скомандовал право на борт, и подводная лодка тихо описала широкую циркуляцию. После ее завершения она оказалась на том же самом курсе, где была, когда корабль был замечен, но гораздо дальше той точки, через которую должен был пройти вражеский корабль. Затем, когда нос лодки был на расстоянии всего лишь 1500 ярдов от цели, капитан дал залп шестью торпедами.

— Четыре попадания! — бросил он своим офицерам в центральном посту перед тем, как отдать приказ о срочном и глубоком погружении и резком, повороте на правый борт.

Он хотел занять позицию по курсу впереди вражеского корабля и оставаться на значительной глубине, пока лодка будет перезаряжать торпедные аппараты для повторной атаки. На это ушло более часа. Когда лодка всплыла на поверхность, выставленные дозорные не увидели никакого следа от крупного военного корабля. Хасимото некоторое время пытался отыскать на поверхности какие-нибудь обломки корабля, потом решил, что он его все-таки потопил, а затем погрузился и стал уходить от этого места, опасаясь, что следовавший с кораблем эскорт может обнаружить лодку и в свою очередь потопить ее. Лишь после окончания войны ему довелось совершенно определенно узнать, какой именно корабль послали на дно его торпеды.

Проведя уже 28 июля атаку четырьмя «кайтэнами», Хасимото счел возможным приплюсовать этот линкор к эсминцу, танкеру и двум транспортам, ставшим добычей его человекоуправляемых торпед. 1 августа он выпустил пятый «кайтэн» и доложил о потоплении плавбазы, ремонтировавшей самолеты. Его шестой «кайтэн» получил механические повреждения и не мог быть применен. Старшина Итиро Сираки вынужден был вернуться вместе с лодкой на базу.

Экипаж лодки И-58 изрядно удивился бы, узнав, что именно за корабль они потопили, если бы им пришлось побывать вместе со своим командиром на суде в США. После войны оккупационные власти доставили Хасимото на самолете в Вашингтон, где он давал перед военным судом показания в пользу офицера, чей корабль он потопил. Это оказался тяжелый крейсер «Индианаполис», который перевозил детали атомной бомбы из Америки на Марианские острова.

К середине июля американские корабли стали подходить очень близко к побережью Японии, некоторые из них даже обстреливали японские города и наши оборонительные укрепления из своих крупнокалиберных орудий. В небесах реяли стаи бомбардировщиков. Они постоянно обрушивали свой смертоносный груз на Токио и наши две крупнейшие военно-морские базы — Куре и Йокосука. Последние оставшиеся у нас соединения флота стояли на якорях в Куре, ожидая выхода в море во исполнение комплексного плана обороны Японии. Американские самолеты потопили авианосцы «Амаги» и «Кайо», а также линкоры «Харуна», «Исэ» и «Хьюга». Были потоплены три крейсера, эсминец и подводная лодка И-372. У Японии теперь оставался только один-единственный линкор «Нагато». Сильно поврежденный, он оказался единственным японским линкором, пережившим войну.

Пока я переживал, что мне не дают возможности снова выйти на «кайтэне», адмирал Соэму Тоёда подсчитывал все оставшиеся у флота силы и средства, надеясь побудить императора к продолжению войны. Тоёда знал, что у страны есть сухопутная армия численностью более чем миллион человек, располагающая большим количеством артиллерии и боеприпасов. Знал он также и о том, что несколько дюжин «кайтэнов» были тайно размещены вдоль побережья островов Кюсю, Сикоку и Хонсю. Он даже направил шесть «кайтэнов» под командованием лейтенанта Тосихару Коноды на остров Хатидзёдзима, расположенный в 200 милях к югу от Токио. В случае проникновения в центральную часть Японии американцы должны были бы непременно пройти мимо этого острова. В этот момент Конода должен был выйти в море со скалистого побережья и потопить шесть вражеских кораблей, предпочтительнее всего авианосцев.