Читаем Студент в СССР (СИ) полностью

Затем в голову пришло озарение. Вот оно! Мой дополнительный заработок. Но для хорошей фотографии нужна хорошая фототехника. Любительская «Смена» точно не подойдет. Внимательно осматриваю полки. Нет, те дальномерные камеры — это привет из прошлого. Мне нужна только зеркальная фототехника. Вот вижу несколько фотоаппаратов марки «Зенит». А это что за птица? «Зенит ТТЛМ», не помню такого. Местный прибабах?

— Девушка можно мне эту камеру посмотреть?

Молодая заносчивая продавщица только что не фыркнула. Не тянул я по её меркам не серьезного покупателя. Но камеру в руки дала. В принципе ничего нового. Диафрагма на объективе выставляется вручную. Подбираешь с помощью измерительного прибора, встроенного в камеру, пару выдержка и диафрагм, выставляешь резкость и нажимаешь спусковую кнопку. Смотрю в видоискатель, а объектив светосильный, все отлично видно! На матовое стекло в центре нанесены клинья, по ним очень удобно наводить на резкость. Помню их в Киеве-19, давали мне его поработать. А вот «Зенитах» что-то было другое.

Вот и стрелка системы ТТЛ, то есть измерения падающего светового потока за линзой, справа работает. Кручу диск с выдержкой, она медленно идет вверх. Ага, значит, батарейки уже вставлены. Поворачиваюсь и в кадр попадает продавщица, в ей отделе не так много покупателей, и она откровенно скучает. А ничего такая, симпотная барышня! Я отрываю взгляд от камеры, она также обращает на меня внимание. Больно уж уверенно я держу фотоаппарат в руках. Профессионализм не пропьешь! Сколько в будущем с его вездесущей автоматикой пришлось использовать чисто ручной режим.

Рассматриваю объектив. «Зенитар 1,7 КС». С — понятно, светосильный. Оптику в СССР делали неплохую, временами и просто отличную. А что такое «К»? Решение пришло сразу. Я отжимаю копку внизу, и поворачиваю объектив, снимая его с камеры.

— Молодой человек, не портите дорогую вещь! — поздно встрепенулась продавщица.

Не обращая на неё внимание, я ставлю объектив обратно. Все понятно. К — это использование японской системы байонета, быстрого и более удобного, чем резьба крепления. Я отдаю фотоаппарат, и девушка успокаивается, бросая в мою сторону любопытствующий взгляд. Я же уставился на ценники.

«Ох, ничего себе!»

Сто восемьдесят рублей. Даже для моего бизнес-бюджета цена нехилая. В задумчивости останавливаю свой взор на продавщице. Кроме общей миловидности девушка блистает знакомым модным начесом. Ха-ха! Подзываю её к себе, и наклоняюсь поближе. Будем налаживать личный контакт!

— Вы случайно не у Марины прическу делали?

Девушка расцветает улыбкой. На поверку она совсем не строгая, в ней присутствует некое обаяние.

— Ах вот откуда и у вас такая необычная прическа.

Мы оба улыбаемся друг другу, нашли общую точку соприкосновения.

— Сергей, можно на ты.

— Вероника.

«Ого, вот значит, когда пошли в народ вычурные имена!»

— Приятно познакомиться.

Девушка у нас отнюдь не скромница, разговор поддерживает сама

— Ты, гляжу, понимаешь в фотографии. Вон как ловко снял объектив! Мы с девушками полчаса мучились.

— Давай, покажу. Там на самом деле нет ничего сложного.

— Хорошая камера, но цена кусается.

Вероника задумываются:

— Только я тебе этого не говорила. После ноябрьских будет указ о снижении цен. Нам по секрету об этом сказали, чтобы не вызвать ажиотаж. Так вот — фототехника под него попадает. Сечешь?

Понятно, первыми выгодоприобретателями станут сами работники магазины и их знакомые. Очень может быть, что товар даже придержат для «своих». Вынимаю из кармана заготовленную заранее карточку с именем и домашним телефоном, чем здорово удивляю девушку.

— Сможешь позвонить? Не обижу.

Видимо, Вероника рассчитывала на другое:

— Обязательно. Но ты сделаешь мне красивый портрет?

— Обязательно.

И сниму и еще кое-что, малышка! Моя улыбка, видимо, была такой многообещающей, что Вероники долго провожала меня взглядом.

Прогуливаясь по Красной пристани, Архангельской достопримечательности, совершенно не обращаю внимания на свежий ветер со стороны Северной Двины. Меня занимает несколько иное. Уже несколько не самых заурядных девушек в знакомых, а до сих пор ни с кем не было интимных встреч и, ни побоюсь этого слова, секса. Понятно, что в этой эпохе народ не такой развращенной и для получения оного нужны «отношения». Дело, которое меня здорово напрягает. Мне бы с одной Ириной как-то распорхаться. Я же толком не разобрался в собственном к ней отношении. Любовь это на самом деле или просто во мне кипят гормоны? Не хотелось бы обидеть такую чудесную девушку, заведя связи на стороне.

Хотя с другой стороны я свободен и ничто не мешает мне общаться с другими дамами. Ну как общаться… Аж вспотел от этих дурацких метаний совести. Вечно с этими бабами одни проблемы! И с ними заморочки, и без них тошно.Бросаю взгляд на часы и поворачиваю к лестнице. Двухэтажное здание бывшего офиса пароходства нависает над высоким берегом набережной. Здесь начало одной из главных улиц города имени теоретика коммунизма товарища Энгельса.