— Ты так много хохотал. Я думала, что ты более серьезный человек.

Мы неспешно шли по улице Тимме. Торопиться совсем не хотелось, было тепло и невероятное интересно. Уже давно стемнело, ярко горели фонари, почти все окна желтели уютными огоньками, на улице еще бродило много народу. И таких романтических парочек, как нашей хватало. Я впоследствии часто удивлялся, вспоминая, что расцвет отношений у нас чаще начинался почему-то осенью, а вовсе не весной. Хотя вот чего тут удивляться? Начало учебы, все приехали после лета освеженные и с новыми впечатлениями. Стали оглядываться по сторонам, знакомиться, искать. Так что ничего удивительного.

— Так было смешно. Это же вроде продолжение?

— Да, первый фильм назывался «Укрощение строптивого». Ты его смотрел?

— Конечно!

Хоть убей, но не припоминаю продолжения этой легендарной комедии. Но итальянцы в начале восьмидесятых были в фаворе у советского руководства, да и народ их любил. А Челентано просто обожал.

— Тогда почему удивляешься?

«Мой косяк. Эх, сколько их еще будет!»

— Извини, забыл как-то. В армии столько впечатлений было.

— Ты почему-то о своей службе мне никогда не рассказывал.

— А что там рассказывать, служил на границе в горах. Ничего особенного!

Ирина повернулась ко мне с широко раскрытыми глазами. Видимо, мой рейтинг сразу скакнул на десять левелов вверх.

— Это называется ничего особенного?

Я пожимаю плечами. И в самом деле, по сравнению с теми бедолагами, что позже теряли свои кишки в Чечне, моя служба казалась мне уже заурядной.

— Серёж, пожалуйста, хватит. Не только тебе жарко.

Мы спрятались за остановку и без устали целовались. Хоспади, я уже и забыл, что такие чувства возможны. Из головы все вылетело начистую, и я наслаждаюсь каждым мигом.

— Ты все еще не готова?

— Подожди немного, Сереж. У меня и парня по-настоящему никогда не было…

Девушка положила голову мне на плечо. Её заметно потряхивало. Мы договорились еще в колхозе не торопить события. Я, как ни странно, был согласен. Всему свое время. Успеем еще насладиться друг другом сполна. Да и честно сказать побаивался я. Это, когда у меня в последний раз девственница была? Даже не упомню. Ирина была мне за терпение очень благодарна, ей ведь принимать решение. Или все-таки мне? Ничего, буду готов, все само решиться.

— Ладно, проехали!

— Что в выходные делаешь? — эти глаза, которые смотрят на тебя снизу. Они так близко! Я точно схожу с ума! Но нахожу силы ответить.

— Да накопилось разных дел. С самого утра, представляешь, с мамой, как послушный малыш пойду по магазинам.

Иришка отвечает смеясь:

— С мамой можно!

Грешно смеяться над убогим, но и в самом деле я же ни черта не знаю систему местной торговли. Даже где купить себе новые носки и трусы. Мелочь, скажете вы? Из таких мелочей и состоит наша жизнь. К тому же, как оказалось, мне остро не хватает некоторых канцелярских товаров. И они не продаются за углом. Эх, испортила нас будущая торговля и мировые ритейлеры.

— Потом к ребятам на волейбол. Вечер пока не занят, хотел с мамой посидеть.

— Ты сиди, — мягко говорит Ирина. Как это у ней получается? Смотреть на меня, крутить пуговицу на моей куртке и уговаривать на все. У женщин такие способности, наверное, с самого рождения. — Мы с родителями утром едем в Холмогоры, там у тети юбилей. И мне надо обязательно быть. А это, считай, все выходные.

Она грустно улыбнулась, тихонько вздохнув.

— Да не расстраивайся ты так! Распланируем следующие.

— Мы так мало видимся!

— Куда торопиться? Нам же нужно время, чтобы узнать друг друга получше.

Ирина буквально прилипла ко мне, обнимая обеими руками мою шею.

— Я знаю, ты очень хороший!

«Милая моя девочка! Если бы ты все знала…»

— Это уже третий троллейбус, мне надо ехать.

— Может, все-таки проводить тебя до дома?

— Не надо, он у меня сразу через дорогу от остановки. И в это время папа с собакой гуляет.

«Вот и ответ».

— Тогда до понедельника!

Наш прощальный поцелуй в дверях троллейбуса под снисходительные улыбки немногочисленных пассажиров. Прощальный взгляд на ярко освещенный куб рогатого транспорта. И почему мне так хорошо? Честное слово, не знаю! Казалось, что домой я летел на крыльях. Даже дорогу толком не помню. Очухался уже возле дверей. Мама тут же выглянула из комнаты:

— Сереж, ты где был?

— В кино ходили, мам.

Она подозрительно принюхалась:

— Узнаю духи. Все та же девушка?

— А что, есть варианты? — ответил я улыбаясь.

— Да кто тебя знает! Иди, мой руки, я пока разогрею ужин.

Уже в ванной я долго смотрел в зеркальное отражение на улыбающегося идиота.

«И чему ты лыбишься, дурачок?»

Глава 11 Неожиданное решение