Читаем Струны полностью

Последние дни прошли в какой-то сплошной суматохе, возраст напоминал о себе все чаще и отчетливее, а потому, сказал Хейстингз, пара часов в обществе очаровательной девушки - именно то, что доктор прописал. Что гериатр прописал. Поддавшись слабости, он даже позволил себе опираться на трость - и очень пожалел об этом, глядя, как Элия быстро, совершенно не по-женски шагает через две ступеньки. Следом за ней поспешала свита, завершали же шествие здоровенные мужики в красных скафандрах - предоставленные Институтом охранники. Бородатый хаджи - политический, надо понимать, советник - намертво прилип к принцессе и что-то шепчет ей на ухо. Не иначе как умоляет идти помедленнее. А ей, похоже, плевать на все его предостережения.

Да, разбивательница сердец. Закрытый, плотно обтягивающий костюм, жемчужно-серая ткань переливается мелкой огненной рябью - рубиновой, ярко-синей и зеленой, как трава. Рискованный выбор, весьма рискованный - и оглушительный успех. Высокая и стройная, с неширокими бедрами и маленькой грудью, Элия выглядела совсем как мальчишка - только где же вы найдете мальчишку с такой гордой, лебединой шеей и осиной талией, мальчишку, брызжущего яростью и в то же самое время абсолютно уверенного в себе.

Хейстингз снисходительно улыбнулся, Агнес успела предупредить его о надвигающемся урагане.

Тучей мошкары вились операторы, снимающие незабываемый момент - , Генеральный Секретарь ООН сгибает свою закостеневшую спину и прикладывается губами к царственной ручке. Старость, приносящая дань уважения юности. Стройная красота принцессы и его старческая дряблость - Уиллоби понимал, как резко контрастируют они в кадре. Такая колоритная сцена непременно попадет в вечерний выпуск новостей - , все, что требуется этим кровопийцам.

Хейстингз не готовил речи заранее - сто, наверное, тысяч первая, она польется легко и свободно, как из птицы - песня. Из попугая. Он от всей души приветствовал принцессу - почетного представителя его величества султана Банзаракского. Бородатый в тюрбане протянул Элии лист бумаги на зачтение. Милостиво поклонившись, она приняла шпаргалку, скомкала ее одной рукой и швырнула к ногам автора. Так что же, этот прощелыга и есть причина ее озабоченности, или она только срывает на нем злость? Затем Элия заговорила, четко и ясно, на безукоризненном английском. В ее предельно краткой речи не было ничего лишнего, да и необходимого было, правду говоря, маловато.

Она находилась в состоянии предельного бешенства (почему?). Кроме того, она была очень юна. Хейстингз решил, что дальнейшее затягивание официальной церемонии чревато малоприятными последствиями. По пути, как можно было подумать, в зал для приемов он умело отделил Элию от сопровождающих и проводил ее в небольшой приватный кабинет. Мелькнула и тут же исчезла небритая разъяренная рожа одного из охранников; дверь закрылась.

Сколько помнил Хейстингз, члены правящего семейства Банзарака проявляли религиозность исключительно при общении со своими подданными, в жизни же частной они были скорее агностиками.

- Я не оскорблю Ваше Высочество, предложив вам рюмку хереса?

Пользовались этим маленьким, уютно обставленным кабинетом хорошо если раз в месяц, однако умело организованный беспорядок придавал ему обжитой, почти домашний вид, создавал доверительную атмосферу. И ни один из разбросанных повсюду документов не имел ровно никакого значения.

Элия закончила изучать обстановку и глубоко вздохнула:

- Херес будет очень кстати.

- Что-нибудь еще?

- Ответы на несколько вопросов.

- Все, что будет в моих силах.

Вон какая скептическая улыбка, сразу видно, что ни одному моему слову не верит. А чего бы еще ожидать? После недавнего-то общения с Агнес.

Хейстингз усадил Элию, разлил херес и только после этого опустился в огромное, очень мягкое кресло, несколько скрадывающее его непомерный рост.

- За ваше здоровье, - провозгласил он, поднимая рюмку, - а также за здоровье вашего брата и его семьи.

Они пригубили вино. Элия смотрела на собеседника как фехтовальщик, вооруженный самой настоящей, боевой саблей. Хейстингз улыбнулся. Он любил хорошеньких девушек.

- Так что, первый вопрос? Нет, начну я. Вы хорошо доехали?

- Нет. Это был какой-то зверинец. Хищно оскалившиеся зубы Элии поневоле заставляли вспомнить легенду о том, что в ее генеалогическом древе имеются, всего несколькими ветвями выше <В/>от всех прочих деревьев, древо генеалогическое растет сверху вниз.>, самые настоящие каннибалы. Ну да, не могли же возвращающиеся из Кейнсвилла репортеры обойти своим вниманием прекрасную принцессу.

- Ну, теперь ваша очередь, - расхохотался Хейстингз.

- Почему, - пристально взглянула на него Элия, - вы не носите траур по своему внуку?

- Ох, мадам, из-под ваших ноготков сразу же брызжет кровь.

- Так неужели эта кровь жиже, чем водица?

- Ваше владение английской идиоматикой вызывает у меня искреннюю зависть.

- Ваше умение увиливать от прямых ответов вызывает у меня зависть не менее искреннюю.

Хейстингз сделал неторопливый глоток из рюмки. Детская агрессивность этого допроса с пристрастием искренне его забавляла.