Читаем Стриптиз Жар-птицы полностью

Ей было неудобно перед Асей, и она замолвила за подругу словечко. Конечно, вторую аспирантку ректор в нарушение собственных принципов брать не собирался, но Асю укрыла под своим крылом его жена, Антонина Михайловна, профессор, имевшая кличку Акула. А все вокруг понимали: Матвей Витальевич, естественно, не оставит аспирантов любимой супруги без поддержки.

Очень скоро Ася сообразила, что «ласковую» кличку Антонине Михайловне дали не зря. Колоскова была придирчива, авторитарна, крайне строга, если не сказать деспотична. Впрочем, жена ректора обладала энциклопедическими знаниями, и Ася даже была благодарна ей за муштру, но вот желание Акулы полностью контролировать ее жизнь аспирантку напрягало. Научная руководительница требовала носить определенную одежду, вставать в семь утра, обливаться холодной водой, не есть мяса, не заводить романов с молодыми людьми.

Еще Роговой не нравилось, что Колосковы считали аспиранток кем-то вроде домработниц и давали задания, никак не связанные с научной работой: сбегать за продуктами, вскопать на даче огород, начистить картошки, помыть посуду за гостями. Иногда Ася ощущала себя крепостной крестьянкой, но она очень хотела порадовать маму, получив кандидатскую степень, поэтому стоически терпела такую дискриминацию.

С Розой Маловой, несмотря на ее принадлежность к научной династии, Колосковы обращались так же.

– Слава богу, рабство продлится всего лишь три года, – сказала однажды Ася ближайшей подружке.

– Матвей и Антонина, конечно, ведут себя так, словно мы их рабыни, – вздохнула Малова, – но есть в нашей жизни и хорошие стороны.

– Назови хоть одну, – скривилась Ася. – Впрочем, сама знаю: скоро лето, и нам предстоит работать на свежем воздухе. Ты умеешь валить лес? Или Акула заставит нас красить дом?

Роза засмеялась:

– Будем переносить уличный сортир.

– Жуть! – испугалась Ася. – Я не выдержу.

– Извини, я глупо пошутила, – улыбнулась подруга. – Теперь о хорошем. Первое. Аспирантура – это не на всю жизнь. Второе. Мы обязательно получим кандидатский диплом. Третье. Матвей и Антонина порядочные люди, помучают нас три года, а затем помогут с работой и в дальнейшем поддержат. Считай, что мы сейчас закладываем фундамент успешной карьеры.

– Угу, – мрачно сказала Ася, – мне бы твой оптимизм.

Но через некоторое время Рогова притерпелась и поняла: Роза права. Будучи диктатором, Антонина Михайловна тем не менее являлась великолепным научным руководительем, все ее замечания были в точку. У аспирантки за первый год обучения вышло аж восемь публикаций в журналах. Невероятный результат, ученикам других профессоров за весь срок аспирантуры и половины не опубликовать. А дело в том, что Акула старательно продвигала труды подопечной.

Осознав это, Ася перестала ныть. Начала с энтузиазмом бегать на рынок за овощами и даже обзавелась кулинарной книгой, по которой вдохновенно готовила обед для Колосковых.

Зато теперь депрессивные мысли стали обуревать Розу. Она сделалась мрачной, на все вопросы подруги, случилось ли чего, лишь бормотала:

– С диссертацией напряг.

Затем Роза сообщила:

– Я меняю тему работы.

– С ума сошла! – подскочила Ася.

– Мне так хочется, – уперлась Малова.

– Станешь кандидатом наук – и делай что пожелаешь, – резонно заметила Ася. – После защиты можешь писать любые труды, а пока работай над тем, что тебе дал Матвей, не зли Колоскова.

Роза нахмурилась и ничего не ответила. После этого разговора девушки не встречались больше месяца. Ася иногда звонила Маловой по телефону, но та быстро говорила: «Извини, я очень занята, потом поболтаем», – и отключалась.

Через некоторое время у Аси сложилось впечатление, что Роза не хочет с ней общаться, поэтому, столкнувшись с ней на кафедре, Рогова поинтересовалась:

– Ты обиделась?

– На что? – удивилась Роза.

– Не знаю.

– Все нормально, – заверила Малова.

– Но мы больше никуда не ходим вместе! – упрекнула ее Ася.

– Работы по горло, – не очень убедительно заявила Роза, – я зашилась с материалом.

– Меняешь тему?

– Нет, – после легкого колебания ответила подруга. – Извини, мне пора!

На глаза Аси против ее воли навернулись слезы.

– Ну и пожалуйста! – воскликнула она. – Счастливой дороги.

Внезапно Роза обняла подругу.

– Послушай, нам лучше сделать вид, что мы поругались, – сказала она.

– Почему? – изумилась Рогова.

– Для твоей безопасности, – понизив голос, заявила Малова. – Я тут такое раскопала! Зачем только полезла… Лучше было не знать.

Подруга замолчала.

– Что такое? – засуетилась Ася. – Пошли, поговорим.

– Нет, – отрезала Роза, – ты ничего не должна слышать. Поверь, я очень люблю тебя. Все объясню позднее или… вообще никогда. Вот только мой совет: держись от Матвея подальше. Он страшное, жуткое чудовище.

– Матвей великий человек! – с жаром возразила Ася. – Он описал неизвестный вид птиц, нашел их в дельте Амазонки…

– Ты никогда не задавала себе вопрос, – перебила ее Роза, – отчего Колоскову такая лафа? Может, он какие-то особые услуги властям оказывает, а? Бегает и стучит на всех?

– Ой, молчи, – испугалась Ася.

– Не тридцать седьмой год, – отмахнулась Роза.