– Фу, не берите, – предостерег Иван Михалыч. – Дешевка! Один вред без пользы. Лучше вон тот приобретите.

– Ясно, – сказала я.

– Еще матрас, шлейку, миску на подставке, – начал загибать пальцы пенсионер.

– Попону на дождь, – перебила его Вера Сергеевна, – ошейник на выход, ну в гости, красивый, кожаный, со звездами, а на каждый день и обычный сойдет.

– Шампунь!

– И кондиционер!!

– Гребень!!!

– Когтерезку!!!

– Мы забыли про набор необходимых лекарств. Левомеколь, зеленка и марганцовка непременно!

– Косточки из жил!

– Игрушки без пищалок!

– Нет, со звуком собакам больше нравится.

– Но тогда хозяин может сойти с ума, щенок ведь и ночью будет свистеть, – справедливо заметила Вера Сергеевна.

– Так ведь он же ребенок, – Иван Михалыч нежно погладил свою Асю, – нет уж, покупайте для веселья.

– Массажная щетка! – добавила ветеринар.

Я без сил прислонилась к прилавку. Похоже, приобретение собаки – это только начало. Вон какое приданое требуется для пса. Неужели люди все это покупают? Ни Иван Михайлович, ни Вера Сергеевна не похожи на богачей. На пенсионере весьма потертая, видавшая виды штормовка, зато у Аси на тонкой шее застегнут вычурный ошейник из натуральной лайковой кожи, спину собачки прикрывает бархатная стеганая попонка, и, судя по крайне довольному виду псинки и ее сытой мордочке, Ася питается самым лучшим кормом и имеет восхитительные игрушки. Скорей всего, дедушка тратит на любимицу не только всю свою пенсию, но и «подкожные» запасы.

– Тут за углом рынок, – деловито напомнила Вера Сергеевна, – ступайте в мясной ряд и обязательно купите мосол. Ваш песик придет в полнейший восторг.

Я вынула кошелек, оплатила покупки для Муси и, согнувшись под тяжестью ноши, вылезла из подвального помещения. Наверное, ветеринарша права: чтобы Муся не сгрыз весь дом, следует приобрести для него пресловутый мосол, да побольше.

Глава 10

В отличие от многих российских женщин я никогда не занималась домашним хозяйством. Мы с Томочкой очень давно разделили обязанности: я зарабатывала деньги, а подруга готовила, убирала, стирала. Нет, я помогала Томусе, учитывая ее слабое здоровье, всегда приносила из магазина тяжести, например, картошку, но покупать мясо мне никогда не доверяли. Отличить грудинку от лопатки – для меня слабу, сообразить, из какой части выйдут хорошие котлеты, я не способна, если честно, сейчас я впервые оказалась в ряду, где стоят женщины в белых халатах, перед которыми на эмалированных подносах лежат тушки кур, индеек, уток, поросят и большие шматы мяса.

– На суп ищете? – обратилась ко мне одна из торговок. – Берите у меня, свежее не найдете.

Я осторожно приблизилась к прилавку.

– Нет, нужно для собачки… этот… ну как его… забыла.

– Обрезки? – оживилась другая продавщица, толстуха с ярким макияжем. – Во, целый пакет!

– У тебя там ерунды навалено, – донеслось слева. – Девушка, не берите обрезь, дорого и невкусно. Лучше для собаки подойдет пашина! Идите сюда!

– Мосол! – вспомнила я. – Вот что мне надо!

– Тогда иди в конец ряда, – потеряла ко мне интерес толстуха. – Спроси Игоря, у него этого добра навалом. Он ласковый, даром отдаст.

Услышав последние слова, бабы начали в голос смеяться, а я, чувствуя себя абсолютной идиоткой, двинулась в глубь зала.

Мясом отчего-то торговали женщины, ни одного мужчины в обозримом пространстве не было. В конце концов я наткнулась на показавшуюся мне милой девушку, которая с грустным видом стояла около тушек кроликов.

– Простите, я ищу Игоря. Не знаете, где он может находиться? – вежливо сказала я.

Внезапно из глаз продавщицы горохом посыпались слезы, она вытащила из кармана скомканный платочек, промокнула щеки и с горечью произнесла:

– Он тут стоял. Справа.

Я покосилась на кафельный прилавок, увидела пустое место, на котором сиротливо лежал смятый фартук в кровавых пятнах, и уточнила:

– А куда же он подевался?

– Гарик на разделе, – еле выдавила из себя собеседница и заплакала еще горше.

– Поберегись! – заорали сбоку, и я шарахнулась в сторону.

Огромный мужик зверского вида бухнул прямо на смятый фартук пластиковый ящик, набитый костями с остатками мяса на них. Наверное, это и были таинственные мослы.

– Встала тут на дороге… – недовольно буркнул грузчик, сдернул брезентовые рукавицы, вытер ладонью нос и вразвалочку пошел в служебное помещение.

– Игорь скоро придет? И сколько стоят косточки? – не успокаивалась я.

Продавщица обхватила голову руками и нырнула под прилавок. Похоже, у девушки подлинное горе, потому что она начала повторять на одной ноте:

– Боже, почему? Почему это случилось именно со мной? Не вынесу!

Мне стало неудобно. Может, у бедняжки кто-то умер? Нужно тихо постоять, подождать Игоря, приобрести мосол и уйти.

Я отступила назад, машинально посмотрела на пластиковый короб, набитый костями с мясом, и онемела. На боку тары виднелась надпись, сделанная черным фломастером: «Люди, не выносите в зал, это Игорь».