Читаем Стрелок полностью

Судя по всему, Красавчик, Рикетти и две девицы, сестры Бэйрд, возвращались откуда-то с Востока на Средний Запад. Вероятно, они собирались передохнуть в Ист-Ливерпуле, поскольку именно в этих краях работал Красавчик, еще когда был просто деревенским парнем Чарли Флойдом из Куксон-Хиллс, штат Оклахома. Это было задолго до того, как он, после смерти Диллинджера, стал «врагом общества номер один», приоритетом для Отдела, полного решимости расквитаться с ним за побоище в Канзас-Сити[58], когда были убиты два агента. Для карьеры Чарли это был огромный шаг вверх, привлекший к нему всеобщее внимание, чего он вряд ли добился бы, учитывая его далеко не блестящие умственные способности. По иронии судьбы, хоть эта перестрелка сделала Флойда знаменитым, на самом деле он в ней не участвовал. Да, он убил десять, а то и больше человек, обладал незаурядной храбростью, хоть и был тупым, великолепно стрелял, мастерски владел оружием и любил славу, хоть ему и приходилось объяснять всем, что он ни за что не стал бы палить из «Томпсона» даже по полицейским и агентам Отдела, сидящим в машине.

Так или иначе, совсем неподалеку от Ист-Ливерпула, городка, раскинувшегося на северном берегу большой реки, относящегося к штату Огайо, в сорока милях к западу от Питтсбурга Чарли умудрился свалиться в кювет. Воистину, дурак всегда найдет себе на голову приключение. Никому из крутых специалистов по банкам такое и в голову не пришло бы: эти двое отправили девиц пешком в город раздобыть какое-нибудь средство передвижения, а сами остались ждать в разбитой машине. Другая ирония судьбы заключалась в том, что хоть тщеславию Чарли льстило то, что теперь он оказался на первой строчке списка директора, это также означало, что он стал знаменитым, как кинозвезда, и больше уже не мог повсюду показывать свою рожу, как прежде.

Как только стало известно, что в игру вступил «враг общества номер один», начался самый настоящий праздник в стиле провинциального городка Огайо. Шериф вместе с двумя своими помощниками наткнулись на Чарли и Адама, произошла перестрелка, в результате которой Адам был схвачен, а Чарли бросил свой «Томпсон», но каким-то образом ему удалось ускользнуть в лес и скрыться. Какое-то время он бродил в зарослях, затем поймал машину, едва не попался на дорожном посту и снова улизнул, после чего провел ночь в лесу, ежась от холода.

К этому времени Отдел наводнил окрестности агентами из Питтсбурга, Кливленда, Цинциннати и Чикаго, номинально подчинявшимися Первису, прилетевшему на самолете из Цинци, однако тот не совсем представлял себе, что делать. В конце концов он отправил пять машин, набитых агентами, рыскать по дорогам Ист-Ливерпула, а тем временем две сотни местных полицейских и сотрудников полиции штата устроили блокпосты на дорогах или также сами занялись поисками. Стражи закона были повсюду, и оставалось лишь вопросом времени, когда измученный Чарли наткнется на них – или они на него.

Свэггер с двенадцатью фунтами «Томпсона» с полностью снаряженным барабаном на коленях сидел на заднем сиденье «Доджа», который медленно катался по проселочным дорогам округа Колумбиана к северу от Ист-Ливерпула. Вокруг буйством красок пестрела во всей своей красе осень. На переднем сиденье, в пальто, шарфах и шляпах, сидели Первис и Эд Холлис. Машину вел Холлис, а рядом с Чарльзом сидел Сэм Макки, агент из кливлендского отделения. В руках у него было помповое ружье «Винчестер», опасная штуковина, однако, в отличие от большинства молодых ребят, Макки в прошлом служил в полиции и обладал опытом обращения с оружием, поэтому можно было не опасаться, что он ненароком отстрелит ногу себе или кому-либо другому. Следом за «Доджем» ехал еще один седан с четырьмя недовольными и, возможно, ненадежными полицейскими из Ист-Ливерпула, в том числе начальником управления.

– Чарльз, может быть, следовало захватить собак? – спросил Первис.

– Чтобы пустить собак по следу, нужно дать им что-нибудь, имеющее запах, – возразил Свэггер. – Без запаха они работать не могут. А поскольку от Флойда у нас нет ничего, кроме донесений о том, что его видели, собаки будут просто гавкать, мочиться и доставлять неприятности.

– Хорошо, хорошо; я знал, что принял правильное решение.

Все рассмеялись. Мел, как всегда, был просто очарователен.

– Мне очень нравится, когда я принимаю правильное решение, – добавил Первис, и все снова рассмеялись.