— Принадлежит японской судоходной компании под названием «Сендай», постоянно совершала рейсы через Тихий океан, в основном в качестве рудовоза. На последний рейс зафрахтована американской нефтехимической компанией. Отплыла из Перта три с половиной недели назад с грузом боксита, порт назначения Лос-Анджелес.

— Боксит… — Выудив из кармана полиэтиленовый пакетик, Питт извлек серебристый камушек, поднятый с палубы «Тасманской звезды», и выложил его на стол.

— Не знаешь, сколько стоил груз на ее борту?

— Страховую стоимость судна мне найти не удалось, но, в зависимости от сорта, эта штука продается на открытом рынке по цене от тридцати до шестидесяти баксов за тонну.

— Угонять ради такого корабль совершенно бессмысленно.

— Лично я бы предпочел пароход, набитый айпэдами.

— Никаких гипотез о том, куда могли рвануть наши воры?

— Вообще-то нет. Я прогнал выданные тобой координаты места, где судно изменило курс, но остался ни с чем. Снимки НУВКР недельной давности. Этот глухой угол Тихого океана особого внимания небесных шпионов не привлекает.

— Ты взломал сервер Национального управления военно-космической разведки? Надеюсь, не наследил?

Егер — хакер экстра-класса, когда требовали обстоятельства — изобразил вид оскорбленной добродетели.

— Чтобы я наследил? Я?! Если кто и заметит вторжение, то боюсь, след приведет на мой любимый сайт сплетен о голливудских знаменитостях.

— Вот будет жаль, если правительство его закроет!

— Вот и я так думаю. Впрочем, у меня есть гипотеза на предмет появления «Тасманской звезды» в Вальпараисо.

— С радостью выслушаю.

— Корабль сделал внезапный разворот к югу девять дней назад, примерно в тысяче семистах милях к западу от Коста-Рики. Один из наших свободно плавающих метеорологических буев приказал долго жить примерно в том же районе Тихого океана примерно в то же время. Как выяснилось, через этот регион пронесся довольно солидный тропический шторм, выдохшийся по пути к Мексике. Прежде чем потерять буй, мы зарегистрировали силу ветра в 9 баллов.

— Значит, нашим пиратам пришлось в спешке бросить добычу.

— Вот и я так думаю. Может, потому-то они и бросили большую часть груза, оставив двигатель работающим.

Питт немного пораскинул умом.

— Нет ли в этом регионе каких-либо островов?

Достав планшетный компьютер, Егер вызвал карту района, где курс корабля изменился.

— Есть небольшой атолл под названием остров Клиппертон. Он всего милях в двадцати от положения, которые ты мне дал… и прямо по курсу в том же направлении. — Глянув на Питта, он тряхнул головой. — Отличная дедукция.

— У них не было времени затопить судно, вот они, наверное, и направили его на Клиппертон, решив, что оно напорется на риф и исчезнет.

— Вот только штормом его отнесло от острова, — подхватил Егер, — и оно прошло еще четыре тысячи миль, пока не прибыло в Вальпараисо.

Питт отхлебнул кофе.

— Но это ничуть не приближает нас к ответу на вопрос, кто напал на корабль и избавился от его команды.

— Я провел поиск по портовым документам, показывающим недавние поставки боксита, но ничего не всплыло.

— Да, пожалуй, и не всплывет… Хирам, поищи-ка упоминания о любых других пиратских нападениях — или пропавших кораблях, если уж на то пошло — происходивших в Тихом океане в последнее время. И еще одно одолжение… — взяв серебристый камень, Питт швырнул его Егеру. — Я подобрал это на «Тасманской звезде». По пути обратно в компьютерный центр забрось это к ребятам из морской геологии, пусть поведают нам, что это такое.

— Хорошо, — оглядев камень, Егер направился к двери. — Это не наш боксит?

— Подсасывание у меня под ложечкой и большущий севший на мель корабль-призрак говорят, что нет, — покачал головой Дирк.

9

Питт трусцой взбежал по ступеням здания исполнительного управления Эйзенхауэра, пытаясь стряхнуть исподволь подползающее расстройство циркадных ритмов после смены часовых поясов. Это впечатляющее каменное строение по соседству с Белым домом всегда было для Дирка самым любимым из федеральных зданий. Этот образчик архитектуры в стиле Второй французской империи, выстроенный в 1888 году, демонстрировал островерхую мансардную крышу и высокие окна, придававшие ему вид трансплантата из романа Виктора Гюго. Это памятник временам, когда использовали гранит и сланец; а чтобы снизить риск пожара, дерево при его постройке почти не употребляли. По иронии судьбы, в 2007 году пожар на втором этаже чуть не уничтожил кабинет вице-президента Чейни.