Читаем Стрела над океаном полностью

В общем за пятьдесят лет не изменилось ничего. Разве что прибавилась одна церковь, да крыши покрыли тесом вместо камыша и «длинной травы».

В 1913 году камчатский губернатор Мономахов сообщал в Петербург, что Петропавловск представляет собою небольшое захолустное село и что проживает в нем 1690 человек.

И какие же необыкновенные перемены произошли в городе за последние даже не пятьдесят лет, а за два-три десятилетия и особенно за послевоенные годы!..

* * *

Спустимся вниз, окунемся, как говорят, в кипучую жизнь городских улиц.

На колхозный рынок идти поздновато. Туда надо нацелиться с утра — тогда бы мы купили и великолепную редиску, и лук, и отличный варенец, и даже свежую рыбу, которой, как известно, так много на Камчатке и которая до удивления редко бывает в городских магазинах…

Толкаться по магазинам не хочется. Можно, конечно, пойти и в промтоварный, и в гастроном, но — поверьте на слово! — они ничем существенным не отличаются от московских. Может быть, заглянуть в книжный магазин? Тоже не стоит: книжная торговля, как и в Москве, развернута на улицах, и это куда приятней, чем перебирать книги в душном помещении.

Может быть, заглянуть в кино? Но оно тоже ничем не отличается от московских, и картины идут те же и даже с очень маленькой разницей во времени. Есть, кстати сказать, в Петропавловске и широкоэкранный кинотеатр в белом красивом здании.

Областной драматический театр, к сожалению, закрыт на летнее время. Труппа на гастролях в отдаленных районах. Недавно в газете было фото — артисты плывут по реке Камчатке на барже…

Вот что: пойдем к стадиону! Это, правда, далековато от центра, но посмотреть стоит. Стадион только что открылся. Он — радость и гордость петропавловцев — и вполне заслуженная гордость: они построили его собственными руками.

На том месте, где теперь сооружена плоская чаша трибун с зеленым полем посередине, опоясанным гаревой дорожкой, всего месяца два назад был пустырь — пыльный, весь в рытвинах и ухабах. В один прекрасный день на него пришли добровольные строители — жители Петропавловска. Пришли рабочие, служащие многих предприятий и учреждений, учащиеся, воины петропавловского гарнизона. И за какие-нибудь два месяца они превратили пустырь в благоустроенный стадион.

Я был на его открытии и видел, как принято писать о физкультурных праздниках, «парад молодости и силы». И это было именно так. День выдался серенький, туманный. Порой начинал моросить нудный дождь. Но наши массовые народные празднества всегда так радостны, так красочны, в них есть что-то такое, отчего и сам чувствуешь себя моложе. И я вместе со всеми радостно кричал и размахивал кепкой, приветствуя стройных загорелых юношей со знаменем в руках — сводную колонну знаменосцев общества «Труд», и школьников с красными флажками, и мотоциклистов с огромным знаменем Советского Союза…

_{В петропавловском кинотеатре идут те же картины, что и в Москве}

Ну, а теперь просто побродим по городу. День теплый, солнечный, и город выглядит особенно нарядным. Сколько в нем зелени, цветов!.. Белые, розовые и лиловые астры, желтые и красные георгины, пестренькие анютины глазки, гладиолусы, бегонии, гелиотропы. Большой цветочный ковер выткан перед белым с колоннами зданием обкома партии, словно светящимся в лучах солнца.

Можно посидеть, отдохнуть возле журчащего фонтана в тенистом, полном цветов и прохлады сквере Ленина, где стоит на гранитном пьедестале памятник великому вождю. Можно пройти и еще дальше — к Дому Советов. Оттуда открывается вид на порт с огромными, пока еще серо-бетонными глыбами строящихся зданий морского вокзала и холодильника.

* * *

Бродя по городу, никак не минуешь его ворот в широкий мир — петропавловского порта. Он виден почти отовсюду, со всех городских улиц. А я, можно сказать, и вовсе жил в порту — он ведь прямо под окном гостиничного номера!

Ничего, что он будил меня чуть свет леденящим душу воем сирен, грохотом лебедок. Мне нравилось его шумное соседство. Ведь каждый порт (а особенно такой, как петропавловский, в котором находят приют суда, побывавшие в морях и океанах если не всего земного шара, то его восточной части) — сгусток морской романтики! Чего стоят одни эти запахи моря, смолы, ржавчины, мокрых канатов! А рисунок мачт на небе? А многоголосые шумы, в которых сливаются и плеск воды, и грохот лебедки, и шипение пара, и гудки буксирных катеров, и звон колокола?..

Да, это не то, что какой-нибудь из знакомых южнокурортных прогулочно-развлекательных портов, в которых чаще, чем грузовой пароход, видишь белоснежный пассажирский лайнер или экскурсионные катера.

Петропавловский порт — «работяга», как точно и по заслугам назвал его московский поэт. Он трудится, он шумит днем и ночью.

На берегу, возле причалов — громадные штабеля бревен и досок, груды мешков с солью, несчетное количество бочек с рыбой. Хлопотливо снуют буксирные катера, лавируя между грузовыми пароходами, лесовозами, танкерами, траулерами, сейнерами, трехмачтовыми шхунами.