Читаем Стрела Купидона полностью

Повторяй за мной, Фиби Грант, строго сказала она себе, оставшись одна. Я не собираюсь испортить Флетчерам Рождество. Я не собираюсь своим унылым видом отравить им веселье.

Она включила телевизор, но, казалось, все передачи были о влюбленных, которые, преодолевая огромные расстояния, вновь обретали друг друга. И она не могла вынести этого.

До Фиттон-Магны было не такое уж большое расстояние, но она могла с тем же успехом находиться и на Северном полюсе.

Она поставила кассету с какой-то рождественской музыкой и устроилась читать книгу, которую для нее купила Линн.

Звук ключа во входной двери заставил ее вздрогнуть.

— Что-то быстро… — начала она и остановилась, потому что в дверях гостиной появились не хозяева, а Доминик.

Он выглядел бледным и усталым, под глазами темные тени, но его улыбка была трогательна и нежна. Не произнося ни слова, он протянул ей руки, и она, немного смущенная, пошла к нему. Он поднял ее на руки, целуя пылко и жадно, и в порыве минутного безумия она ответила ему с той же страстью. Затем опомнилась и оттолкнула его.

— Мы не должны. — Ее голос дрожал. — Это нечестно.

Он поставил ее на ноги.

— А мне это кажется правильным, любовь моя.

— Пожалуйста, не говори так, — прошептала Фиби. — Вот почему ты уволил меня? Хотел упрятать меня от Серены, чтобы я могла быть твоим увлечением на стороне? Ну, так я не буду! Как бы сильно я тебя ни любила, так жить я не хочу.

— Я, конечно, уволил тебя из-за Серены, — спокойно согласился он. — Но исключительно ради твоей безопасности. Она была очень агрессивно настроена, ударила тебя, и я не мог рисковать, не зная, каким будет ее следующий шаг, поэтому увез тебя из дома. Она видела в тебе соперницу, и я думал, что для нее не составит труда разделаться с тобой, если ты будешь где-то поблизости.

— Разделаться? — эхом повторила Фиби, находясь в полном замешательстве. — Но вы же вновь вступаете в брак.

— Нет, — сказал он. — Ни при каких обстоятельствах я бы не позволил Серене вновь войти в мою жизнь.

— Но вы спали вместе.

— Нет. Признаю, она дала мне понять, что свободна, но не был свободен я. Неужели ты действительно думаешь, что я мог снова дотронуться до нее после всего, что произошло? После тебя?

— Доминик, я видела, как она вошла в твою комнату в первую же ночь.

— Неужели? — Его брови поднялись. — Какое разочарование для нее, моя дорогая, потому что меня там не было. Я отправился в долгую поездку: колесил по дорогам, потом сидел на каком-то холме, наблюдал за рассветом и о многом думал.

— Но ты все еще испытываешь к ней какие-то чувства? — Она вдруг вспомнила горькие слова Хейзл Синклер.

— Она — мать Тары. И с этим я ничего не могу поделать, — медленно произнес он. — Но я горько сожалею об этом, потому что она испортила ей жизнь. Но свою я ей ломать не позволю.

— В таком случае, почему ты разрешил ей вернуться?

— Чтобы узнать ее планы. Я знал, что она была уволена со студии. У меня там свой человек, который не спускал с нее глаз. Мне также было известно, что она порвала с Брайеном Стрэттоном. Он наркоман, и я подозревал, что Серена тоже пристрастилась к этому.

— Ты хочешь сказать, что она наркоманка?

— Да. — Его голос был равнодушным. — Все признаки налицо. Я знал, что в прошлом она баловалась. У нее даже был поставщик в старомодном сонном Мидбартоне. Но сейчас это слишком серьезно. Она должна лечиться. — Он насмешливо посмотрел на нее. — Теперь ты понимаешь ее реакцию, когда ты назвала ее Снежной Королевой. — Он глубоко вздохнул. — Прошлая ночь была настоящей пыткой. Я заранее связался со специалистом-наркологом, заведующим превосходной клиникой недалеко от Лондона. Он приехал сразу с санитарной машиной и уговорил Серену поехать с ним. Она была в ужасном состоянии и согласилась.

— О, Боже! — с болью воскликнула Фиби. — Бедная Тара!

— Она знает только то, что мама больна и должна лечиться. Думаю, Тара уже понимала, что происходит что-то странное. Фиби, я чувствовал себя таким ублюдком, выставив тебя подобным образом, но у меня не было выбора! Я не мог сказать тебе, что происходит, пока не вынудил Серену признать, что у нее серьезные проблемы.

— Понимаю, — мягко сказала Фиби. — Доминик, я думаю, что знаю, кто продавал ей наркотики. В торговом центре, где я покупала дом для кукол, есть парфюмерный магазин. Она регулярно наведывалась туда.

— Полагаю, об этом следует поставить в известность местное отделение по борьбе с наркотиками. Ты знаешь, ведь именно Серена уговорила Тони приехать сюда и на месте выведать, как тут обстоят дела. И он проинформировал ее о тебе. Но меньше всего она желала восстановить отношения со мной.

— Так она действительно не хотела вернуть тебя? — тихо спросила Фиби.