Читаем Стрекоза полностью

Сверху, шурша галькой, спустился Олег и тоже склонился над монитором.

Стрекоза облетела велик по кругу, всё время на него глядя, и стала показывать его сзади. В свете фар было видно двух вооруженных жаб в комбиках и шлемах. Они что-то рассматривали на свету и, активно жестикулируя, разговаривали. Вскоре фары погасли, камера подстроилась, и мы увидели ещё двоих — водителя, выбравшегося из машины, и второго, распаковывавшего справа под скалой небольшой контейнер защитной окраски.

— Всего четверо, что ли… — проговорил Олег. — Машина-то семиместная…

Я пожала плечами и сказала:

— А может и не одна машина. Стрекоза-то показывает не всю базу.

— Думаешь, она что-то скрывает?

— Да не умеет она ничего срывать, — возразила я. — Но ею словно кто-то управляет.

— Почему ты так решила?

— А что тут ещё решать? Сама включается, когда хочет, сама что-то транслирует… Не должно так быть. Хорошо бы узнать, наши получают эти трансляции или нет?

— Не получают, — сказал Олег. — Я спрашивал про прошлую трансляцию, когда докладывал. Нет у них ничего, только самый первый сеанс с сепом и тот с какого-то транслятора в вашем же районе. Но там, сама понимаешь, никакой Девятки нет. Туда тоже группу отправили. А Девятку чисто визуально кто-то из наших аналитиков определил и ещё они определили, что всё это было тремя днями раньше, так что, запись вы получили, а не трансляцию.

Пока я переваривала услышанное, стрекоза поднялась выше и стало понятно, в каком конце базы остановились жабы. Других броневиков или жаб вокруг видно не было. Когда два темных силуэта вернулись к автомобилю, обогнули его и направились в сторону въездного КПП, трансляция закончилась и монитор погас.

Я включила полученное от стрекозы на повторный просмотр и сказала:

— Так может там вообще никого нет, а нам тут мультики показывают.

Олег, глядя в монитор, ничего не ответил. Когда запись кончилась, он сел, привалившись спиной к валуну, и спросил:

— А если это их стрекоза?

— Вообще-то, у вояк нет стрекоз, — сказала я. — Ни у вас, ни у них. Это наша разработка и они только тестируются, а для вас бесполезны. Не управляются, есть лишь малюсенькая камера, стрелять не умеют, их любая ваша РЭБ в пять секунд задавит. А у жаб коптер управляемый. Видел же, под скалой снаряжают. Наверняка с тепловизором. Сетки нам надо надеть.

— А стрекозу коптер увидит?

— Скорее всего, нет, — решила я. — Она столько тепла не излучает. Ты стрекозу видел?

Я показала пальцами размер сигаретной пачки.

— Радиосигнал от неё могут засечь, который она транслирует, если у них соответствующая аппаратура есть.

— Хочется верить, что они про нас не знают, — сказал Олег. — Ничего не боятся, фары включают… Ракету бы к ним пригласить, уж очень соблазнительно стоят, да нельзя — перемирие у нас. Они беглеца ищут, а нам нужно найти его раньше.

Он встал и ушел наверх. Я села у валуна, вытянув гудящие ноги, и просто отдыхала, чувствуя, как от ночной прохлады начинаю потихоньку остывать и мерзнуть. Всё болело. Было слышно, как Олег собрал своих бойцов и что-то им тихо, но твердо говорил. К словам я не прислушивалась и не вникала — на меня навалилась усталость. Мне так не хотелось сейчас снова вставать, куда-то идти, карабкаться. Скорее бы уже всё заканчивалось. Я даже немножко задремала.

— Так, — вдруг послышался рядом голос Олега и я открыла глаза. — Сейчас мы найдем тебе место, накроем сеткой и там будешь, не высовываясь и не шевелясь, ждать, пока я за тобой кого-нибудь не пришлю.

— А вы?

— А мы пойдем на базу. Надо точно узнать, сколько их и решить, что делать. Если их четверо, то мы их положим, потом заберём беглеца, тебя и отправимся домой.

— Там может быть сеп, — сказала я.

— Это я помню, — кивнул Олег. — С ним вообще ничего не понятно. А сепа коптер увидит?

— Да, сеп теплокровный.

— Может он их сожрёт, — усмехнулся Олег.

Я пожала плечами:

— Может и сожрёт.

Я сидела в какой-то яме на склоне среди камней. Олег сказал не лежать, а сидеть, так я, мол, буду компактней и меньше светиться. Надо мной была натянута теплоизоляционная плёнка. Чемоданчик с монитором безмолвно стоял рядом, и лежали рюкзаки, и фляга с водой. Приблизительно через час с горы, со стороны базы, раздался взрыв, потом почти сразу же ещё один, потом минуты три доносилась стрельба и стало опять тихо. Я напряженно прислушивалась, но больше ничего не услышала.