Читаем Стражи границы полностью

Собственно говоря, секретаря Вацлав взял исключительно по моему настоянию. Дело в том, что Вацлав вбил себе в голову, что поедет в Трехречье исключительно с подписанными мной подорожными документами. Я сказал, что подпишу только на двоих. Вацлав немедленно вызверился и поклялся, что возьмет первого попавшегося человека с улицы и на следующий же день дал объявление в Медвенковских ведомостях. Собственно, отсюда и взяла начало его клятва ехать исключительно со случайными попутчиками. Но, как я понял, с Миланом ему повезло. Просто, молодой человек вместо того, чтобы рекламировать свои достоинства раздул свои недостатки и с серьезным видом отстаивал первый попавшийся ему на язык тезис. Как я понял, в тот раз он проповедовал пофигизм.

Вернувшись в Медвежку, Вацлав написал Милану и попросил разобрать бумаги. Несмотря на то, что мое мнение о Милане сильно изменилось к лучшему, ничего путного из этой авантюры Вацлава я не ждал. Да, конечно, Венцеслав тоже был мальчишкой, когда занялся этой работой, но он с детства был знаком с этими проблемами и мы всегда обсуждали с ним, что бы мы сделали, будь мы уже большими. А Милан имел прекрасное образование и ничего кроме. Ни опыта, ни сведений о предыдущих аналогичных проблемах.

Через три недели от Милана поступила увесистая папка бумаг. Мы с Вацлавом просидели два дня, разбирая бумаги, и пришли к выводу, что мальчишка, совершенно случайно, оказался на своем месте. Ряд вопросов мы с братом решили бы иначе, но и предложения Милана заслуживали обсуждения. Не зная подробности о наших прежних решениях и не имея в голове заложенных стереотипов, Милан привнес в дело свежий взгляд на вещи.

— Ну, что я тебе говорил? — хвастливо спросил Вацлав. — Мальчишка прекрасно справляется с этой ролью. А ты — озолочу. Дурное дело нехитрое. А вот дать человеку интерес в жизни, да еще и возможность заработать на этом интересе…

— Постой, — остановил я расхвастывавшегося брата. — А как ты хочешь это оформить? И сколько собираешься платить? Ты же не можешь передать ему свой титул. Это может создать нехороший прецедент. Нам еще наследственной аристократии не хватало! А заместитель князя, такой должности и в природе-то нет.

— Зато у меня полно помощников и секретарей. Я его брал к себе секретарем — вот он им и будет.

— Несолидно, — возразил я.

— Тогда, доверенный секретарь. Я иногда называл его так в дороге.

Я подумал, пожал плечами.

— А жалование?

— Отдам свое княжеское содержание. Оставлю себе долю наследного принца.

— Цивильный лист?

— А почему нет?

— Вацлав, ты не забыл?..

— Опять скажешь мне про прецедент? Хорошо, цивильный лист оставлю в казне, отдам ему то же самое, но в денежном выражении. В сущности, все это не имеет значения, Ромочка. Госслужащие такого ранга все равно не могут иметь накоплений. А два обеда ему не надо, равно как и мне.

— Ладно, Вацлав, но когда я его увижу?

— Постой, мы с тобой собирались устроить прием дня через три?

— Через четыре.

— Вот я вас и познакомлю.

— Не понимаю, чего ты тянешь, Вацлав.

— Мы с Миланом не виделись почти месяц, — отозвался мой брат. — Насколько я его знаю, при встрече он постарается сразу расставить все точки над всеми буквами, какие найдет, даже если они, точки, там и не нужны. В общем, он сдаст мне дела и слиняет. Собственно он остался до сих пор только потому, что я не заплатил ему жалование. Понимаешь, Ромочка, когда-то давно я имел глупость сказать, что уволю его, когда мы вернемся. Тогда он знал меня просто как преуспевающего мага и мог надеяться, что я передумаю. А когда он узнал, что я князь, он уверился, что он мне не нужен. А с его характером он ко мне даже за протекцией не придет.

— Почему?

— Не захочет быть в тягость.

— Я, кажется, чего-то не понимаю.

— Погоди, какие твои годы! — засмеялся Вацлав и сделал вид, что уворачивается от моего шутливого тычка.

Итак, первый раз я увидел Милана на приеме. Большой зал Дворца Приемов был полон, как никогда. То, что я планировал сообщить, должны были слышать все, кого это касается. А касалось это многих. Кроме того, там же планировалось провести церемонию награждения Милана и Стаса. Наслушавшись, какое совершенство этот Милан я согласился, наконец, с решением брата наградить Станислава орденом Зеленой Ветки третьей степени. Но, честно говоря, остывать мне пришлось долго.

Я встал на обычное место и поискал глазами того, о ком мне Янош прожужжал все уши. Впрочем, по словам Яноша, росту Милан был довольно-таки среднего, так что я не особенно старался. Тем более что не всех приглашенных я хорошо знал в лицо. С некоторыми я больше привык общаться путем пересылки бумаг через штат секретарей.

Я попросил Милана подойти, и увидел молодого человека чуть выше среднего роста, стройного, подтянутого, с темными волосами, карими глазами и аккуратными темными усиками. Внешне он производил довольно приятное впечатление. Но чего так испугался Вацлав? Милан же скромен до необычайности. Стоит, не знает, куда девать руки и папку, которую смущенно перекладывает из одной руки в другую.