Читаем Стражи границы полностью

Стас вздохнул. Все-таки Вацлаву нужно было бы самому проинструктировать своего секретаря. Но он вчера вечером забыл об этом, занявшись каким-то специальным вопросом, потом вернулся с прогулки Яромир, в общем, вспомнил обо всем Вацлав только утром. И послал за ним, Стасом.

— Нужно посидеть несколько минут, выпить заздравный тост, произнести свой тост в ответ с выражением благодарности всем присутствующим, после чего можешь сослаться на дела и сбежать.

— Да? — в голосе Милана легко различалось сомнение.

— Если хочешь, можешь остаться.

— А что подают из напитков?

Стас дернул плечом.

— Водку, коньяк, сок.

— Отлично, — Милан несколько приободрился.

— Я сказал Вадимиру, что ты, обычно, предпочитаешь коньяк.

— Что?!

Стас рассмеялся.

— Так я и знал. Я сказал, что ты пьешь или сок, или сухое вино. Не беспокойся, Милан, все пройдет в лучшем виде.

Милан и Стас вышли из кабинета и прошли в столовую. Сегодня столы были составлены буквой П, за ними уже сидели люди. Те, с которыми он расстался какой-нибудь час назад по окончании совещания, помощники и секретари. Кроме обычных научных и околонаучных работников были еще и ученые производственники. Стас сел к прочим собратьям по производству и ободряюще кивнул Милану.

Милан собрался с духом и прошел на свое место. Он терпеть не мог торжественных церемоний. Однажды ему приснилась церемония награждения его орденом Зеленой Ветки, так Вацлав прибежал к нему среди ночи, решив, что у Милана каким-то образом открылась залеченная еще в Полесье рана. Сейчас же Вацлав, вероятно, решал те самые государственные дела, отвертеться от которых он так стремился. Мда, в конце концов, придется потерпеть. Вацлав то терпит! Хотя, он — принц, ему положено. Но, может быть, если бы ему дали выбор, он бы и не стал рождаться принцем?

С этими утешительными мыслями Милан занял свое место во главе стола.

Ладимир, декан факультета оптической магии, в настоящее время считающийся первым заместителем ректора, то бишь, Милана, произнес краткую поздравительную речь, Милан поднес к губам бокал с вином, сделал маленький глоток и принялся оглядывать собравшихся, прикидывая, не пора ли выступить с ответной, благодарственной, речью и слинять. Он обменялся взглядом со Стасом, пожалел, что тот сидит так далеко от него и вдруг встретился взглядом с темно-серыми недоброжелательными глазами. Милану показалось, что ему уже случалось сталкивать с обладателем этих глаз. По крайней мере, он прекрасно помнил этот жесткий, испытывающий взгляд. Странно, у него же нет знакомых в этом ученом мире. По крайней мере, в его высшем эшелоне. Но эти стальные глаза, светло-русые волосы… Человек что-то проговорил, улыбнулся, и Милан вспомнил. Этот голос прошлой осенью рассказывал ему о температурно-градусной кривой князя Венцеслава. Он может и сейчас бы не вспомнил, но Слободан насмешливо разглядывал его бокал и что-то говорил соседу о вине.

— Рад видеть вас, Слободан, вы давно в Медвенке?

— Нет, ваше превосходительство, я прибыл только вчера вечером. Зашел сегодня во Дворец Науки решить вопрос, а мне сказали, что основной вопрос сегодняшнего дня — это день рождения вашего превосходительства.

Милан высокомерно поднял бровь и любезно улыбнулся.

— Я-то думал, похвастаться перед коллегами близким знакомством с ученым мужем, а вы мне так вот сразу — ваше превосходительство. Я понимаю, конечно, господин Слободан, что это для меня встреча с вами была событием, а для вас я был один из многих, так что прошу извинить, ежели я что не так сказал.

Слободан спохватился.

— Ну что вы, господин кавалер Милан.

— Вам не нравится мой орден? — Милан невинно улыбнулся. — А, по-моему, он очень красив. Или вы считаете, что мне его повесили не на то место? Ну, так претензии к королю Яромиру.

Милан сдержался и не потер грудь. Он понимал, что для этих ученых мужей он никто — так, выскочка, один из временщиков. Сейчас он в фаворе, через пять минут он прискучит и его место займет другой такой же. Университетские деятели привыкли, что их начальник — принц. Пусть не всегда умный и знающий, но уже в самом его титуле крылось очарование истории. Можно было вспомнить Владиса, а можно Венцеслава. Деятели совершенно разные, но за блеск можно многое простить. В конце концов, только наукой руководил брат короля, ежели таковой, конечно, имелся. Иногда на этом месте оказывалась сестра. Но совершенно посторонний человек? Вот так вот, молодой человек с ветра? Без особых знаний или заслуг, не имеющий даже магического образования?

— Я понимаю, конечно, я не князь Венцеслав, но я здесь по его поручению, о чем вам не может не быть известно. Мне приходится с этим мириться, но я к этому, знаете ли, привык, постарайтесь и вы последовать моему примеру. Тем более что мы с вами вряд ли когда-нибудь встретимся по работе. Кстати, зачем вы приехали в Медвенку, господин Слободан?

— Представить мою докторскую диссертацию.

— Когда ученый совет? — Милан посмотрел на Ладимира. Он помнил, что Слободан занимается именно оптической магией.