Тактик знал, что, заходя в лифт, надо на долю секунды задержать дыхание. Едва двери закроются, хлынет дезинфицирующий газ. Ничего не поделаешь, Земля находилась на полувоенном положении, и Стратега охраняли в первую очередь. Уже через мгновение заработал мощный кондиционер. Затем подул холодный ветер, очищая кабину от остатков газа. Тактик вошел в кабинет Стратега.

Стратег сидел лицом к горам.

Два часа сорок минут до начала

экстренного заседания Совета Земли

и космических Колоний. Стратег и Тактик

Стратег сидел лицом к горам и видел, как появился «Чибис». Это означало, что через пять минут Тактик будет здесь, в кабинете. Стратег подошел к бару и среди многообразия спиртного выбрал невзрачную на вид бутылку испанского бренди. Ту самую бутылку. Он купил ее очень давно, в маленьком магазинчике на Рамбла, в Аликанте. Как он был тогда счастлив со своим Светиком, Светиком-Самоцветиком, как ласково он ее называл! Им предстояло провести последний вечер на Земле. Наутро они улетели из космопорта «El Altet» к границам освоенного космоса, чтобы вместе пройти Лабиринт Любви. Их любовь открыла человечеству дорогу к дальним звездам. Она же привела сюда врага. Нет, это не так. Вторжение не имеет никакого отношения к их любви. Не они, так кто-нибудь другой рано или поздно прошел бы этот Лабиринт. Рано или поздно. Нет, только не сейчас. Эти воспоминания, как и сомнения, надо гнать прочь.

Стратег поставил на сервировочный столик бутылку бренди, коньячные рюмки, сигары, спички и лучину, порезал лимон и стал заваривать кофе. Кофе он варил всегда сам. Зная его пристрастие к этому напитку, ему поставили в кабинет автомат, который готовил более ста сортов. Все посетители слегка завидовали ему из-за этого кофейного автомата и охотно им пользовались.

Стратегу нравился сам процесс приготовления пищи. На Земле почти в каждом доме имелся пищевой автомат, и люди перестали тратить время на то, чтобы обеспечить себя обедом или ужином, – достаточно нажать несколько кнопок, и можно заниматься своими делами. Выбор блюд в обычном домашнем пищевом автомате был не очень велик, но многих он вполне устраивал. В космических колониях пищевые автоматы еще не получили широкого распространения. В последнее время на Земле стали входить в моду рестораны, где пищу готовили не автоматы, а живые люди – повара. Стратег считал, что в этом процессе главную роль играет не рецепт, а настроение, с которым повар занимается таинством приготовления пищи. Он выдвинул ящик бара со стаканами, нажал потайную кнопку, и на их месте появилась настоящая газовая плита. Если бы служба безопасности узнала про нее, да еще про баллоны с газом, ему пришлось бы выслушать нотацию. Стратег отбросил посторонние мысли и представил себе, как растут кофейные зерна, как их собирают. Придя в умиротворенное состояние, он прямо в турке смешал несколько сортов кофе в только ему одному известной пропорции, добавил корицы, залил водой, поставит на газ и стал ждать, когда вода начнет закипать. Ее следовало почти довести до кипения, но не дать закипеть, и так три раза. Кофе готов. Теперь ему надо дать отстояться. Стратег подкатил сервировочный столик к центру кабинета. Там его, сидящим лицом к Альпам, и застал Тактик.

Тактик ворвался в кабинет как вихрь, энергия била из него ключом. Стратег не спеша встал ему навстречу. Они обнялись и крепко пожали друг другу руки. Сейчас, когда они стояли рядом, было особенно заметно, насколько они непохожи. Нет, не внешне, а темпераментом, характером, манерой держаться. Оба удобно устроились в креслах – им предстояла напряженная беседа. Стратег налил кофе и взялся за бренди. Только сейчас Тактик заметил, что это за бутылка. Он знал, что Стратег хранит ее как зеницу ока, никому не дает даже прикоснуться к ней и сдувает с нее пылинки. Тактик слышал эту историю. Ее знало все человечество, но мало кто был в курсе подробностей, а уж про эту бутылку имели представление вообще единицы.

– Все-таки решил ее распить?

– Не хочу, чтобы досталась врагу.

– Шутишь. Враг здесь?! В твоем кабинете?!

– Кто знает, кто знает.

Смаковали коньяк, согревая его теплом своих рук. Пили маленькими глотками горячий кофе. Молчали. Тактик, как всегда, заговорил первым, не сдержав нетерпения:

– Ты знаешь, у меня уже почти готов план генерального сражения. Ты ведь уже определился, где и когда оно состоится?

Вместо ответа Стратег взял сигару, зажег лучину от спичек и стал раскуривать. Потом подал условный знак, который Тактик сразу понял: дальнейшая беседа носит характер особой секретности и может продолжаться только под защитой «грибков».

– Да, конечно. На дальних подступах, через две недели, – неестественно громко произнес Стратег.