От пристальных глаз сокурсников не укрылось, как блестели глаза Елены, когда она вкатила тележку с яствами, но никто не посмел высказать свои догадки о причине ее столь возбужденного состояния. Стратег появился на мгновение позже.

– За открытие сезона охоты! – произнес Стратег тост, когда шампанское нашло свое место в бокалах.

– За удачную охоту! – подхватили все.

Стратегу не хотелось расставаться с этими задорными мальчишками и девчонками. Общаясь с ними, он ощутил и себя совсем молодым, но, как говорится, труба звала. Впереди было много дел.

– Послушайте, что я скажу вам в качестве напутствия, – решился он прервать затянувшийся завтрак, – и отнеситесь к моим словам со всей серьезностью. Я остановил свой выбор на вас именно из-за тех проделок, которыми вы так донимали своих преподавателей. Закликаю вас, такими и оставайтесь. Профессиональные, хорошо теоретически подкованные военные не справятся с этой задачей. Здесь нужен кураж. Каждая атака, засада, рейд должны быть чем-то из ряда вон выходящим, на грани безумия, верхом озорства. Если вы станете действовать прямолинейно или повторяться, то поплатитесь за это своими жизнями. Не забывайте об этом.

Распрощавшись с питерской компанией, Стратег провел еще две аналогичные встречи, сперва с американскими, а потом с японскими курсантами. Он сознательно беседовал с каждой группой по отдельности, чтобы лишний раз убедиться в правильности своего выбора, и лишь после этого все тридцать молодых людей и девушек собрались вместе и познакомились друг с другом. Теперь они находились под присмотром сержанта Петрова, который был назначен их инструктором. Вновь образованное подразделение временно обосновалось на базе малинового спецназа, готовясь к отбытию на дальние подступы к Земле. Но Елена эту ночь провела за пределами базы малиновых беретов. Она вернулась под утро, усталая и счастливая, и на все вопросы или отшучивалась, или молчала как партизан.

Стратег.

Размышления: Светик-Самоцветик

Со Светиком он провел самые счастливые мгновения своей жизни, и до сих пор воспоминания о ней согревали и одновременно разрывали его душу. Он все еще любил ее. Всего полгода, а можно сказать и по-другому – целых шесть месяцев, Стратег был счастлив, и весь мир, вся Вселенная перестали для него существовать. Была только она – его Светик-Самоцветик. Эти шесть месяцев пролетели как один день. Они встретились на Эсперанто, первой космической колонии. Девушка стояла у обрыва. Легкий ветерок играл ее золотыми, распущенными до плеч волосами. У Стратега до встречи с ней было много женщин, но ни одной постоянной. У нее он был первым. Между ними возникло чистое и светлое чувство. Это была не страсть, которая бросает мужчину и женщину в объятия друг друга, заставляя сгорать в любовном огне. Это была настоящая любовь.

Все знали об их близости. В течение года многие влюбленные пары Земли пытались пройти Лабиринт Любви, подвергая свои чувства испытанию. Только Стратегу и Светику удалось преодолеть этот Лабиринт, получив тем самым подтверждение искренности своих чувств, в котором они не нуждались. На следующий день жители Земли и всех ее в то время еще немногочисленных космических колоний восхваляли их любовь. Стратег и до этого события был известной личностью, но о существовании Светланы знали только ее родители, немногочисленные родственники и соседи. В одночасье она стала всеобщим кумиром. В ее честь писали стихи и даже поэмы, ее именем называли новорожденных, улицы и планеты.

Стратег и Светик отправились путешествовать по Земле, избегая крупных городов и нигде подолгу не задерживаясь. Светик родилась на Эсперанто, и до этого не бывала на голубой планете. Она искренне восхищалась ее красотами. Казалось, их счастье будет длиться вечно, но ничего вечного не бывает. Наступил тот роковой день, когда ее похитили. Стратег выследил их, гнался за ними и уже настиг, когда корабль вместе с похитителями и его Светиком-Самоцветиком просто исчез. Его больше не было в нашей Вселенной.

Стратег знал, что она жива и ждет, когда он придет к ней на помощь. Впервые он ощутил свое бессилие. Он отдал бы все, чтобы спасти ее, но не знал, как это сделать. Она была жива, и ее не было. Не было в доступном для Стратега пространстве. Стратег привык доверять своим чувствам и интуиции, а они ему говорили, что встреча с ней еще впереди. Вопрос только, когда и где.

Одна мысль не давала Стратегу покоя. Конечно, назначение на столь высокую (высочайшую!) должность он получил исключительно благодаря своим способностям. Но изначально оговаривалось, что Стратегом Земли может быть только человек холостой и не обремененный многочисленными родственными связями. Стратег был одинок. В эти шесть месяцев он фактически перестал выполнять свои обязанности. Кроме Светика, его ничего не интересовало, и было очевидно, что так долго продолжаться не может. Ему предстояло сделать нелегкий выбор: личное благополучие и любовь или нелегкая ноша Стратега. Этот выбор сделали за него.