Второй пример. Некто берёт в долг 60 тысяч долларов. В установленный договором срок возврат не происходит. Хозяин денег начинает нервничать. Должник тянет время. Оказывается, что у него произошёл крах и он окончательно разорён. Должника начинают прессовать. Очень скоро становится ясно, что получить с него вряд ли что-то удастся. В конфликт вмешиваются посредники. Время идёт, напряжение нарастает. Выхода из создавшейся ситуации не видно. С каждым днём шансы на возврат денег всё больше и больше уменьшаются. В конце концов должник сознаётся, что у него есть последняя заначка. В соседнем городе стоит новый «мерседес» (на генеральной доверенности), который как раз и стоит около 60 тысяч долларов. С дурной овцы – хоть шерсти клок! «Мерседес» забирают. Конфликт исчерпан.

В чём секрет? Деньги изначально не собирались отдавать. Заранее в Москве приобрели угнанный «мерседес», перебили номера, купили чистые документы и перегнали в приготовленный гараж. Вся операция по приобретению и оформлению машины обошлась в 10–15 тысяч баксов.

59. Крест на двери

Название стратагемы заимствовано из сказки «Али-Баба и сорок разбойников».

Когда разбойники выяснили, что Али-Баба незаконно экспроприирует из пещеры ценности, нажитые нелёгким разбойничьим трудом, встала задача организации ночной вылазки с целью возврата похищенного. Но для организации вылазки необходимо узнать, где расположен дом похитителя, пометить его и ночью привести остальных участников акта возмездия к помеченному строению. За Али-Бабой направился разбойник, который должен его выследить.

Дом установлен без труда, но вот с меткой дела обстоят не так успешно. Незадачливый сыщик ставит на двери большой белый крест. Но в доме Али-Бабы находится проницательная женщина, которая, заметив крест, точно таким же способом метит остальные двери домов в районе своего проживания. В результате миссия проваливается. Индивидуальный признак, по которому должна состояться идентификация, оказывается вовсе не индивидуальным.

Суть стратагемы. Выявить те индивидуальные признаки, на основании которых тебя могут идентифицировать (вычислить, опознать), сделать их массовыми и, как следствие, непригодными для идентификации. Заставить противника активно реагировать на созданные тобой ложные сигналы, вызвав неоправданные затраты сил и средств, притупив остроту реакции. Создать массовый выброс скандальной, компрометирующей, заведомо недостоверной информации с тем, чтобы обезопасить себя от последствий публикации реального компромата. Создать видимость объективного подхода к освещению политических, экономических и прочих вопросов, публикуя массу разнообразных статей и мнений, но в необходимое время сделать упор на собственные тенденциозные материалы.

Пример от Георгия Вайнера, роман «Умножающий печаль». Русский олигарх сталкивается с проблемой. Его бывший друг собрал реальный компромат и грозится сделать его общедоступным. Но олигарх Серебровский находит решение этой проблемы.

«– Меня пытаются шантажировать. – Я помахал перед его лицом дискетой. – Здесь есть всё – правда, домыслы, вымыслы, промыслы. Бытовая грязь и возвышенная гадость. Шантажист грозится скинуть информацию в Интернет. Как думаешь, я смогу разыскать терминал, с которого она сошла?

– Можете. Наверное. Но это чудовищный объём работы. И очень долго. С непредсказуемым результатом…

– Я тоже так думаю. Поэтому мы не будем его искать. Мы уничтожим ценность информации. Сегодня же создашь группу. Возьмёшь компьютерщиков, сыскарей, аналитиков, пару-тройку разнузданных журналистов.

Формулирую задачу: ты готовишь дюжину материалов размером в 10–15 страниц каждый. Это должны быть увлекательнейшие истории о коррупции в верхних эшелонах власти, о разбое и беспределе олигархов, о продажности ментов и прокуроров, о лихоимстве мэров и губернаторов. Истории должны быть основаны на правде, правдоподобных слухах, недостоверных сплетнях, заведомой лжи, и чем она чудовищней, тем лучше. Названия зарубежных банков, номера счетов от фонаря и копии денежных проводок откуда-то с луны, фотографии их кредиткарт, загородных домов и драгоценностей…

– Кто герои историй?

– Только всенародно известные лица. Олигархи. Нынешний и прошлый премьеры, их заместители, министры кабинета, тузы Администрации Президента и Патриархия. И обязательно, просто непременно, что-нибудь крутое про Чубайса! Действующие в связи с ними – всякого рода полууголовная и совсем блатная публика…

– И что со всеми этими детективными ужасами делать?

– Ждать. Может быть, они нам и не понадобятся. Но если мы не уймём шантажиста и он сбросит свою дискету в Интернет, ты начнёшь с часовым интервалом сплавлять в сеть свои кошмарные байки. В течение дня мир получит чёртову дюжину историй, с которой он не разберётся до конца следующего века. В этой лавине компроматов ни один человек не поймёт, кто кому доводится Николаем: Серебровский – Березовскому? Или Ходорковский – Гусинскому? Или Потанин – Быкову, а Быков – Лебедю. Задача ясна?»