51. Решение уже принято (город – обречён)

Стратагема использует ложную ссылку на то, что решение вопроса, оценка ситуации или ожидаемые события уже состоялись. Результат подтверждён неоспоримыми фактами или оценками авторитетных источников. Стратагема может использоваться для демонстрации «очевидных» и «бесспорных» свидетельств того, что исход некой ситуации предрешён.

Стратагема может быть использована при наличии нескольких участников совместного процесса. Надо принять выгодное тебе одному решение. Для этого под проектом совместного документа необходимо собрать подпись всех сторон. Ситуация строится таким образом, что каждый думает, что все остальные выработали коллективное решение, к которому он – единственный – присоединяется. На самом деле ими манипулирует тот, кто осуществляет контакты и готовит проекты решений.

Подобное может происходить при создании общественных организаций или политических партий. Тот, кто контролирует подготовку проектов, может значительно влиять на содержание документов, характер принимаемых решений, состав органов управления и контроля.

Стратагема активно используется как первый шаг в ситуациях, когда необходима экспертная оценка или документ, подтверждающий финансовую или иную состоятельность каких-либо проектов.

Стратагема может использоваться в тех случаях, когда надо доказать, что путь (процесс, цель) ложен или бесперспективен.

Совершён грабёж. Собака по следу привела к квартире. В квартире говорят – дверь не откроем, милиция уже была. Только что. Сколько можно по ночам будить людей? Милиция уходит.

Когда соображает, что её обманули, уже поздно. Данный пример – это реальный случай из практики.

Монголо-татары при осаде городов использовали такой приём. Ночью в лагере, разбитом вокруг осаждённого города, разводились костры. При этом запрещалось находиться у костра более чем двум воинам. Осаждённые с крепостных стен видели в ночи буквально море огней (для справки – ночью в степи даже спичка видна за семь километров). Предполагалось, что возле каждого костра сидит группа воинов, ведь именно так поступают нормальные люди – одного костра обычно хватает для многих. Даже примерные расчёты монгольского войска, проведённые на основании подсчёта количества костров, показывали, что рать кочевников неисчислима, а надежды осаждённых на победу ничтожны.

52. Хороший – плохой

Стратагема хорошего и плохого следователя, доброго и злого бандита.

Человек ставится в такое положение, когда из всех возможных вариантов поведения ему навязывают два. Один вариант – очень плохой, его предлагает свирепый бандит или злой следователь, другой вариант – менее плохой, его предлагают добрые бандиты или душевные следователи. Третьего варианта нет. Сломленный морально подследственный тянется к доброму следователю и руководствуется его указаниями, запуганный коммерсант сам бежит под более гуманную бандитскую крышу.

В качестве примера использования данной стратагемы воспользуемся фрагментом книги Андрея Константинова и Малькольма Дикселиуса «Бандитская Россия»:

«В сентябре 1992 года в ОРБ Петербурга поступила информация о том, что личная группировка Малышева удерживает под охраной коммерсанта Дадонова для того, чтобы получить от него права на распоряжение несколькими сотнями тысяч долларов США, предназначенными для закупки большой партии пива для последующей поставки его в Россию. По словам Дадонова, на него наехали „дагестанцы“ с требованием поставлять пиво именно их продавцам и именно в их киоски. Сам Дадонов окольными путями выяснил, что единственный, кто может защитить его от страшных и ужасных „дагестанцев“, – это господин Малышев. Малышев якобы взялся „помочь“ – за процент от сделок с продажи пива. Далее начинается классическая разводка: „дагестанцы“ наезжают на Дадонова за „предательство“. Горцы выкрадывают Дадонова, вывозят его в тихое уютное кафе, где нагоняют на него ужас обещаниями выколоть глаза и активными намерениями засунуть ему в задницу раскалённые щипцы для завивки волос.

Однако в разгар страстей появляется некто Владислав Кирпичёв – дядя Слава, уголовный авторитет, приближённый к Малышеву. „Благородный“ Кирпич вызволяет Дадонова из лап озверевших горцев, после чего Дадонову предлагается тихо и безбоязненно работать в конторе питерского бизнесмена Андрея Берлина (ему в 1974 году предъявили обвинение в краже со взломом, но тот весьма талантливо разыграл шизофрению, и вместо зоны был направлен в специальную больницу, где находился более 13 лет и где познакомился с „косившим“ там же Кирпичёвым). Дадонов на все условия согласился, но позже у него потребовали доверенности на все деньги для пивного контракта, вот тут Дадонов и смекнул, что позже он будет более удобен новым „друзьям“ в мёртвом виде, нежели в живом. Именно это обстоятельство заставило Дадонова обратиться всё-таки в милицию…»