Читаем Страшный суд полностью

Однажды, опаздывая куда-то, я забыла обернуться и поднять голову. Спохватилась лишь в трамвае. Весь день прошел под тяжестью непоправимой вины. Словно я больно и зло ударила по маленькой ручке, машущей мне вслед. Представляю себе горькое детское одиночество, недоумение и боль бедняжки, прилепившейся носиком к холодному зимнему стеклу.

Первое болгарское слово, усвоенное вьетнамской девочкой, было не из коротких и самых необходимых слов, вроде «вода», «хлеб», «есть», «пить», «спать», но длинное и трудное для произношения «до-сви-да-ния». По-вьетнамской языковой мерке это все равно, что выучить пять слов.

Однажды она стала бредить во сне и членораздельно и ясно протянула: «До-сви-да-ния!». Меня охватила дрожь. Почему это слово первым прижилось даже и в подсознании? Не предчувствие ли это неминуемого нашего расставания? Это первое слово, наверно, и будет последним словом, которое скажет мне Ха, махая ручкой из окна самолета или поезда.

С тех пор махать рукой из окна для меня как маленькая ежедневная смерть, пронизывающая меня, однако, терпким ощущением жизни.

* * *

Если бы мы все делали как самое последнее, прощальное в жизни, мы испытывали бы ту простую радость, которая от нас ускользает.

— Что такое виднеется там, на горизонте?

— Мост — ветеран Хам-жонг.

Не надеялась тебя застать, легендарный неуязвимый мост. Земля вокруг выворочена наизнанку, оба холма по сторонам почти что срыты, а ты стоишь. Или, может быть, это мираж?

Закат кровавым ручейком втекает в широкую реку и струится по ней, не смешиваясь с темной водой.

Мост, полный самосознания и достоинства, стоит с осколками бомб, застрявших в ребрах, прокопченный дымом боев. Он смотрит вниз, в воду, на свое отражение, словно сам хочет убедиться, что еще цел, что еще стоит на посту.

Могла бы не поверить, что вижу мост. Могла бы принять за видение и за галлюцинацию, но его отражение в воде убеждает меня в том, что он — реальность.

По нему проходят войска, замаскированные зелеными ветками грузовики сотрясают его избитое тело. Каждый миг грозит ему гибелью. Какой риск и какое благородство быть мостом, соединять два берега, находящихся в вынужденной разлуке!

Много я слышала о тебе, Хам-жонг. Я прошла через опасности и препятствия, чтобы спросить у тебя, каковы возможности невозможного.

Мост молчит, предоставив отвечать самому факту своего существования.

Хотела бы ступить на него, коснуться рукой стальных перил, чтобы потрогать само воплощенное сопротивление страху и гибели. Но мой ангел-хранитель Ке держит меня в трехстах метрах от моста. Внезапно могут налететь, а эта земля не приемлет чужой крови. Заботы о сохранении моей жизни напоминают мне о ее бесполезности.

Ке рассказывает о злоключениях моста.

— Его имя означает «Челюсть дракона». Всмотритесь. Окрестные холмы образуют фигуру дракона: он присел, кого-то выслеживает. Холм с одной стороны моста — это «Драконовы глаза», всматривающиеся в холм на другой стороне, называемый «Жемчужная гора». Дракон стережет жемчуг. Вокруг — рисовые поля. Это место бомбят больше, чем любое место вьетнамской земли.

Иногда вражеские самолеты кишат в небе, как мухи. И все же поля зеленеют. Их обработка — баррикадный бой. Крестьяне гибнут. Война за каждый колосок риса. Над мостом уже сбит 71 самолет. Враг решил любой ценой уничтожить мост, чтобы прервать связь Севера с Югом. Сам Макнамара, посетив Седьмой американский флот, заявил, что воздушные силы еще не справились с узловым мостом. Эту задачу решит морская авиация. Возлагается она на полковника Делтона. Делтон делает макет моста и окрестностей, обстреливает макет и разбивает его на куски. А настоящий мост, как видите, цел.

18 июля 1965 года, непосредственно под руководством Макнамары, стоящего в железной каске на авианосце «Независимость», направляются к мосту 18 самолетов, разделенных на 6 групп. Первую группу ведет лично полковник Делтон, большой специалист по мостам. Идут с новым типом бомб А6А. Защитники моста сбивают делтоновский самолет.

Полковник Делтон и его помощник лейтенант Чади выбрасываются на парашютах чуть не на самый мост. Делтон падает в реку Ма, Чади — на верхушку кокосовой пальмы. Ополченцы с длинными кольями карабкаются по стволу пальмы и заставляют лейтенанта спуститься. Посылают лодки по реке за его начальником.

Делтон в надувной лодке упорно плывет, но его окружают. Берут в плен. Весит 92 килограмма. Вьетнамская лодка очень легка, она тонет, как только полковник в нее ступает. Несколько самолетов кружатся и стреляют в ополченцев, чтобы помочь Делтону. Напрасно. Полковник опускает голову перед народом.

После этой неудачи американцы обстреливают мост радиоуправляемыми ракетами «воздух — земля». Больше ста таких ракет взрываются вокруг, но впустую. Потом посылают транспортные самолеты С-130, груженные минами-торпедами.