Читаем Странные люди полностью

Впоследствии капрал Вудз вспоминал, что встреча с экстрасенсом в офисе Кери произвела на него сильное впечатление. Высокий, державшийся с достоинством, седой Гладстон был не похож на свихнувшегося малого. Во всем его облике сквозила уверенность, и было ясно, что он вовсе не собирается разыгрывать полицию.

Гладстон повторил свою версию об убийстве, которую он накануне выдал в театре. Он описал полицейским место преступления, запечатленное в уме, сказав, что не знает имени убийцы, хотя мог бы, очевидно, его опознать при встрече – настолько живо рисовало воображение все, что было связано с преступлением.

У представителей полиции не имелось почти никаких улик, чтобы начать расследование. Они опросили всех, кто видел Скотти в ту ночь, после которой он как в воду канул. Но это ничего не дало. Один из свидетелей, Джек Рентон, подтвердил, что он поссорился со Скотти из-за Ивон Бурже, на которой, когда исчез Скотти, вскоре женился, но ведь такой факт нельзя принимать за улику и «шить» человеку убийство.

Экстрасенс и двое полицейских в машине Вудза начали объезжать округу. Рентон повторил свой рассказ, ничего нового не прибавив, и Гладстон шепнул, что это не тот, кого они ищут.

В убогой лачуге фермера Си Янга они услышали о том, что фермер Шумахер грозился убить Скотти. Угрозы были сделаны в присутствии одного малого по имени Эд Фогель.

Когда полицейские прихватили Фогеля, у него случился провал памяти. Учиненный ему допрос сильно расстроил и рассердил Фогеля. А в отношении утверждения Си Янга, будто Шумахер грозился убить Скотти, Фогель ответил, что это чистая трепотня.

Полицейские уже намеревались уходить, но Гладстон выступил вперед, показывая пальцем на Фогеля:

– Фогель, я расскажу, как это произошло! Ты валялся больной в постели, когда к тебе ввалился Шумахер и сказал, что он поссорился с Мак-Лочлином и что он убьет этого грязного Скотти, прежде чем тот убьет его!

Когда Гладстон кончил, лицо Фогеля напоминало белое полотно, губы дрожали и кривились, он тяжело опустился на стул. Экстрасенс продолжил атаку. Он рассказал Фогелю, чем тот был болен, – болезнь пустячная, но обессиливающая, и продержала она его три дня в постели после посещения Шумахера. Фогель кивком головы подтвердил это, но все ниже и ниже опускал глаза.

Через некоторое время Фогель сдался. Бледный, он стал выдавливать из себя признания:

– Вы правы, вы правы, черт бы вас всех побрал, как и все это дело! Шумахер действительно заходил ко мне, ругался и грозил, что убьет этого грязного шотландца!

Когда они заехали на ферму Шумахера, работник сообщил, что хозяин уехал в город. Полицейские представились водоискателями из министерства сельского хозяйства и попросили разрешения побродить по ферме. Когда они бродили по заснеженным полям, Гладстон неожиданно попросил их идти потише. Он пояснил, что чувствует себя неспокойно и нервничает.

– Здесь как-то неприятно пахнет!

Позднее Вудз и Кери вспоминали, что это замечание не произвело на них впечатления: такой запах всегда держится около скотных дворов. Гладстон заявил, что труп Скотти где-то рядом, но, даже если это так, полицейские не смогли его обнаружить. Безрезультатно искали чуть ли не до темноты, и когда им на ферме сказали, что Шумахер еще не вернулся из города, они сели в машину и поехали обратно в город. По дороге они едва не столкнулись с грузовиком, ехавшим навстречу с выключенными фарами. Вудз развернулся и стал преследовать грузовик. Он заставил грузовик остановиться. Шофер, высокий, здоровенный блондин, оказался Шумахером. Они арестовали его и повезли в участок на допрос.

В течение целого часа Шумахер пересказывал то, что уже рассказал давно. Мак-Лочлин был его напарником по ферме, и, когда тот захотел распродать свое добро и часть земли, Шумахер заплатил ему 150 долларов наличными и дал расписку еще на двести. Дальше этого полиция не продвинулась.

Гладстон встал и стал нервно расхаживать по комнате взад и вперед. Остановившись перед Шумахером, он круто повернулся к подозреваемому и щелкнул пальцами у него под носом.

– Сарай! – гортанно воскликнул Гладстон. – Теперь я знаю, как ты это сделал! Скотти пошел в сарай, а ты за ним. Ты спровоцировал драку… Скотти упал вот так… – Гладстон отпрянул назад. – А ты продолжал бить и бить его до тех пор, пока не убедился, что он мертв. Затем ты закопал труп у сарая под каким-то тряпьем!

Красное и потное лицо Гладстона являло собой резкий контраст рядом с бескровным лицом Шумахера. Несколько секунд обвиняемый и обвинитель стояли друг против друга. Наконец Шумахер пришел в себя и послал полицейских вместе с Гладстоном ко всем чертям.

На следующее утро Шумахера вывели из камеры и повезли на ферму. Если экстрасенсу удастся найти труп, то Шумахера ждет обвинение в убийстве.

Пока полицейские сторожили Шумахера на кухне в его собственном доме, Вудз, Кери и Гладстон направились к сараю. Гладстон прошел весь сарай и вышел через заднюю дверь. Ощупывая ногой землю, он остановился у замерзшей навозной кучи и повернулся к полицейским:

– Скотти Мак-Лочлин зарыт здесь, джентльмены!