Две недели назад, недалеко от Латра, легионы имперцев наголову разбили армию Чинсу и преследуют остатки разбитых войск в направлении границы. Потери у Чинсу огромны и по слухам в бою погиб даже главнокомандующий армией вторжения, князь Охэй. Это еще полбеды, но к имперцам, обороняющим Мэлор, подошли подкрепления магов, которые выжгли из метателей более пяти тысяч воинов халифата, а выжившие в огненном аду воины, отброшены от города и в панике бегут. В 'Арбском халифате', еще не оправившемся от последствий извержения вулкана и гибели столицы Медины, царит полный хаос. Толпы беженцев в поисках спасения движутся на юг от имперской границы. Халиф Саадин с пятью сотнями ассасинов и отрядом наемников в двести бойцов, захватил плацдарм на территории афров в районе Тадмура и пытается всеми силами расширить его до подхода беженцев. Афры отчаянно сражаются за каждый метр своей земли и в ассасинов из-за каждого куста летят отравленные стрелы, не давая углубиться в джунгли.

Единственное направление, на котором войска халифа не встретили сопротивления, оказался южный берег реки Нигер. Пленные афры называют этот район запретным и грозят любому, кто переправится на южный берег Нигера, страшными карами. Саадин сосредоточил возле реки отряд из сотни ассасинов и двух сотен наемников и ждет результатов разведки, после чего войска должны переправятся через реку и поток беженцев направят по древней дороге на юг.

После допроса пленных я долго сидел, обхватив голову руками в поисках выхода из создавшейся ситуации. Мне было абсолютно ясно, что триста бойцов халифа прихлопнут нас как мух, даже при наличии баркуда. Я не обольщался трусостью напавших на караван ассасинов, понимая, что под руководством Саадина воины пойдут на смерть не задумываясь и будут сражаться до последнего вздоха. В голове возникали планы один фантастичнее другого, но все они отметались сразу, не выдерживая никакой критики. Даже если вернуться в долину 'Нордрассила' или запереться в бункере, это только отсрочит нашу гибель. Следом за арбами придут имперцы, которые с помощью магов прорвут защиту долины и вырежут нас как кроликов.

Выбора у меня не было, и я решил идти ва-банк, надеясь на свою наглость и помощь богов. Если же мне суждено умереть, то пусть это случится сейчас, а не возле 'Дерева Жизни', когда враги на моих глазах будут убивать Викану и наших еще не рожденных детей. После принятия решения, все сомнения были отброшены, и я отдал команду седлать лошадей.

Только под утро мы добрались до входа в шлюз бункера. Разгрузив лошадей в помещении шлюза, я перезарядил киборга и закрыл ворота. Затем мы на скорую руку позавтракали, привели оружие в порядок и отдохнули пару часов. Я приказал бойцу, еще не оправившемуся от ран, остаться с лишними лошадьми и почтовыми птицами возле озера, а сам забрался в седло баркуда. Просканировав напоследок район перед бункером магическим зрением, и убедившись в отсутствии опасности, я повел отряд навстречу войскам Саадина.

Глава 8. Клятва.

День начал клониться к вечеру, когда мой отряд добрался до холма, с которого открывалась величественная панорама долины Нигера. До берега реки оставалось не более трехсот метров, и сверху хорошо было видно, как на противоположном берегу сотни людей таскают бревна и строят из них плоты, готовясь к переправе. Река в этом месте имела в ширину около двухсот метров и из воды торчали опоры рухнувшего древнего моста. На наш берег уже переправился конный отряд ассасинов, который медленно ехал по дороге в сторону холма. Заметив наше появление, воины пришпорили коней и с криками ринулись в атаку. Расстояние между нами быстро сокращалось и требовалось принимать срочные меры, чтобы нас не перебили в лобовой атаке.

- Заткните уши и держите коней, сейчас баркуд зарычит! - крикнул я и, подождав пару секунд, включил сирену.

Раздался чудовищный рев механического чудовища, и ассасины устроили кучу малу, кувыркаясь через головы своих коней. Освободившиеся от седоков лошади гигантскими скачками унеслись в разные стороны, таща за собой тела воинов, которым не удалось освободить ноги из стремян. Несколько лошадей упали замертво, а другие, переломав себе ноги, бились в конвульсиях на земле. Я морально был готов к звукам, издаваемым баркудом, но и у меня пробежал мороз по коже. Лошади нашего отряда тоже разбежались, скинув своих седоков, но мои люди были готовы к такому повороту событий и хотя бы не переломали себе шеи. На этот раз малхусы оказались на высоте и не праздновали труса, а только упали на землю, прикрыв головы лапами.

- Тузик, вперед, ловить лошадей! - мысленно приказал я.

Оба малхуса сорвались с места и убежали выполнять приказ.

Воины на противоположном берегу реки бросили работу и толпой ломанулись подальше от берега. Однако через минуту в лагере ассасинов раздался грохот боевых барабанов, и беглецы начали подтягиваться к лагерю и строиться в ряды, готовясь к бою.

- Все живы? - спросил я поднимающихся с земли 'проклятых'.