Читаем Странник полностью

Процедура кормления здоровенного бугая вызывала улыбку и зависть. У Первого появилась родная мать, и его жизнь наполнилась счастьем и новым смыслом. Шак обрел родню, а я, скорее всего, потерял помощника и бойца. Теперь придется пробиваться в одиночку, как в начале пути по Геону, хоть малхус будет со мной. Завершился очередной этап странствий, и невидимый кукловод опять поломал все мои расчеты.

За прошедшие три дня произошло очень много событий, и наступила пора разрабатывать новый план дальнейших действий хотя бы на ближайшее время. С Молли все благополучно разрешилось, и девочка спала под присмотром матери в своей комнате. Ожоги на ее теле зажили, и, со слов Нары, Молли будет красавицей, и ей не грозит засидеться в старых девах. Нара, основавшая косметологию на Геоне и поставившая бизнес омоложения и исправления косметических дефектов на научную основу, легко разобралась с медицинскими проблемами девочки.

— Ингар, а ты почему ничего не ешь? Тебе после очистительной ванны необходимо есть за троих. Ты зря надеешься, что без хорошего питания твоя новая кожа быстро нарастит свою толщину. У тебя сейчас кожа как у ребенка, и организму нужен строительный материал для восстановления. Вы, молодежь, всегда надеетесь на голую Силу и не понимаете, что она просто инструмент, а не решение проблем.

Я нехотя взял в руки ложку и начал ковыряться в очередном блюде, которыми был уставлен огромный стол. Мне еще повезло, у меня это был только четвертый обед за сегодня. Нара с таким рвением взялась за свои материнские обязанности, что нам с Первым грозила смерть от заворота кишок. Я вспомнил день своего сражения с таргиней и пожалел, что не позволил Тузику хотя бы тяпнуть ее за мягкое место. Мой спаситель в образе дворняги, лежа под столом, грыз огромную кость, а его пузо напоминало барабан — вот кто был готов жрать бесконечно. Меня снова захлестнули воспоминания…

— Тузик, держи ее в бассейне и, если полезет наружу, загоняй назад, но пока не трогай! — отдал я команду малхусу, а сам занялся Первым и Арделией.

На счастье шаманки, мои друзья были живы, Нара только оглушила их, а не убила. Таргиня сидела в бассейне, из которого торчала только ее скулящая голова. Шак первым пришел в сознание и сел возле меня. Арделия, очнувшись, сразу уползла к Молли и начала баюкать ее у себя на коленях. Я расчехлил метатель и направил его на дверь, из которой с минуты на минуту должна была появиться охрана.

— Не стреляй! Здесь все рухнет! — заголосила таргиня, увидев мои приготовления.

— А мне насрать! Я к тебе умирающую девочку на лечение привез, а ты, старая ведьма, здесь побоище устроила. Все здесь к чертовой матери ляжем, но и тебе не жить!

— Ошиблась я, ко мне то и дело убийц подсылают, вот я, не разобравшись, и начала отбиваться. Я вам зла не сделаю, с тобой мой сын!

— Это Тузик, что ли? — усмехнулся я, указывая на малхуса.

— Дурак ты! Мой сын вот этот тарг, которого ты шаком считаешь.

Нас с Первым заклинило окончательно. Таргиня произнесла эти слова с таким видом, что усомниться в них было сложно.

В это мгновение в зал ворвалась толпа охранников с копьями наперевес. Возглавлял ее жирный афр, связанный мной при входе в пещеру.

— Вон отсюда, бездельники! — заорала Нара, не дав мне открыть стрельбу в пещере. — Я вам головы вечером поотрываю, а тебя, жирный боров, кастрирую! Бегом!

Охрана удрала в два раза быстрее, чем прибежала. Я перевел дух и опустил метатель.

— Хранитель, дай команду своему малхусу, чтобы он меня выпустил, я посмотрю, что с девочкой.

Я кивнул Тузику, и он, рыча, отошел от бассейна. Нара вылезла из бассейна и подошла к Арделии, качавшей на руках Молли.

— Кайла, неси сюда мою походную сумку и чистую простыню! — крикнула таргиня.

Через минуту в комнату вбежала молодая симпатичная таргиня с кожаной сумкой и стопкой чистого белья и полотенец. Молли раздели и положили на кушетку возле бассейна. Таргиня на пару минут скрылась за ширмой около бассейна и вышла из-за нее уже в сухом халате и с полотенцем на голове. Через час процедура лечения закончилась, и Кайла в сопровождении Арделии унесла Молли из зала.

Далее я стал свидетелем сцены воссоединения матери с потерянным сыном. Голливуд отдыхает. Нара висела на шее Первого и рыдала. Шак, до конца не веря в такое счастье, рыдал вместе с матерью. Наконец неофициальная часть окончилась и началась официальная. В зал набежала целая толпа прислуги, которая начала нас обхаживать, как персидских шейхов. После помывки и умащивания различным геонским парфюмом нас отвели на обед. Нашу одежду уволокли для стирки и чистки, и мы сидели за огромным столом, как римляне, завернутые в простыни вместо тог. Нара, разодетая как царица, усадила нас на почетные места и начала свой рассказ.