Читаем Страна песков полностью

  «Ой!» -пронеслась самая последняя мыслишка и окончательно испарилась.

  На меня сейчас напал ещё больший столбняк и я теперь не мог даже пошевелить ни единым своим пальцем… Поэтому я стоял на своём месте… И молча смотрел на то, как по сероватому общему фону медленно движется чёрная масса. Приближаясь ко мне совершенно беззвучно… И неотвратимо… 

  До неё оставалось метров пятнадцать… Когда меня будто пронзило электротоком! Я стремительно пригнулся и быстро нащупал рукой первый попавшийся булыжник. Это был камень весом около полукилограмма. Или даже чуть побольше! Но меня это уже не волновало. Живым я сдаваться не собирался! 

  Если бы передо мной сейчас оказался один душман или даже десяток моджахедов, то я обязательно схватился бы сначала за мой пулемёт… А уж в самую крайнюю очередь – за последнюю свою гранату! Но тут происходило что-то совершенно необъяснимое! Как говорится, сверхестесственное! И потому я был готов защищаться первым попавшимся предметом. То есть тяжёлым булыжником!  

  И я уже замахнулся назад, чтобы затем изо всех сил метнуть свой камень в приближающегося монстра… Как вдруг…

  -Алик! Это ты?

  Булыжник мгновенно выпал из моей поднятой руки… А я едва не закричал от дикой и безудержной радости! Ведь эта ожившая глыба заговорила со мной голосом солдата Агапеева! То есть Владимира Владимировича! Вернее… Бадодия Бадодиевича…

  «Чёрт бы его побрал! За такие фокусы!»

  Я обессилено прислонился к своей огромной глыбе… И совершенно опустошенный смотрел на то, как «живой валун» докатился до меня… Как Бадодя скидывает с себя свой маскарадный костюм… Сначала плащ-палатку, которая накрывала его с головой… А затем и спальный мешок, перекинутый с левого плеча на правое… Стало быть, через его совершенно пустую голову! 

  Именно из-за того, что на солдате Агапееве находились спальник с плащ-палаткой… Именно поэтому и создавалась столь объёмнейшая, бесформенная и огромная махина… Вернее, передвигающаяся сама по себе чёрная глыба…  

  -А я еле-еле спустился по этой раздолбанной тропинке. –жаловался мне вконец окоченевший Агапеич. –Хожу там, хожу… Среди этих валунов… И никак не могу тебя найти! Думаю, вот это ротный с Весёлым лежат. Тут Ермак с Карычем. Связисты… А тебя всё нету и нету.

  -Ну, да. –совершенно безвольно поддакивал я, ещё не придя в своё нормальное работоспособное состояние.

  -Да я зуб даю! –горячился автоматчик Вова. –Эти валуны, ну, так похожи на лежащие спальники. Хорошо, что ты камешек кинул… Вот я и пошёл в твою сторону…

  Тут я представил себе вполне реальную картину!.. Как страшно перепуганный пулемётчик Зарипов изо всех сил запустил килограммовым булыжником прямо в солдата Агапеева! И ведь попал бы я ему непременно в лоб! Как это и происходит по всё тому же Закону Подлости…

  -Да чего ты смеёшься? –возмущался Владимир Владимирович.

  Давясь от внезапно накатившего на меня безудержного смеха… Я рассказал своему напарнику всё! Как сам перепугался от одного только вида самодвижущейся глыбы… Как на меня напал жуткий ступор… Как я еле-еле шарил рукой в поисках камушка… Того, самого первого… А потом и второго… Как едва не звезданул булыжником прямо по солдату Агапееву…

  Владимир Владимирович всё выслушал и давай возмущаться… Дескать, он там за меня фишку рубил… А я тут его чуть было не зашиб насмерть таким здоровенным камнем…

  -А чего ты на себя столько всего нахлобучил? –резонно спрашивал я.

  -потому что замёрз! –объяснял Бадодя. –И руки уже не держат. Тропинка скользкая… Спальник с плащ-палаткой мокрые и тяжёлые… Всё выпадают и выпадают. Один раз я наступил… На этот спальник грёбаный!.. чуть было вниз кубарем не скатился. А там ещё эти НУРСы… Да и дождь… Вот я и накинул их на себя!..

  Пока мы болтали и веселились, всё шло по уже давным-давно заведённому порядку. Ведь болтать языками можно и во время обустройства своего ночлега… Да и спать-то хотелось очень сильно… Поэтому мы ловко трудились вдвоём и не покладая рук… Хоть и в темноте, но очень быстро. Поскольку мы занимались уже привычным военным делом, то есть подготовкой ко сну. К этому долгожданному и вполне заслуженному отдыху.  

  Сначала на почти что сухое песчаное дно прямоугольной площадки была постелена нижняя плащ-палатка, поверх которой незамедлительно расстелились спальные мешки. Боевое оружие мы уложили по середине, чтобы его не замочил дождь. Я уже переобулся, какое-то время поразмышлял над актуальнейшей темой… Ложиться спать просто в сухих портянках или всё-таки натянуть на них заморские туфельки?! Здравый разум победил… И я обулся… Да так и залез в спальник… То есть прямо в этой пакистанской обувке. Правда, слегка очищенной от налипшей грязи.

  И вот наконец-то мы накрылись второй плащ-палаткой, после чего можно было застегнуть все пуговицы на спальном мешке. Чем мы и занялись…

  -А где Малый-то? –вдруг вспомнил я.

  Бесхитростный ответ Владимира Владимировича меня сначала потряс…

  -А он по твоему направлению пошёл. Я по тропинке. А он по твоему… То есть туда же пошёл… Куда и ты. Да что такое? Чего ты трясёшь? Плащ-палатка свалится. Поправлять ты будешь!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
12 Жизнеописаний
12 Жизнеописаний

Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев ваятелей и зодчих. Редакция и вступительная статья А. Дживелегова, А. Эфроса Книга, с которой начинаются изучение истории искусства и художественная критика, написана итальянским живописцем и архитектором XVI века Джорджо Вазари (1511-1574). По содержанию и по форме она давно стала классической. В настоящее издание вошли 12 биографий, посвященные корифеям итальянского искусства. Джотто, Боттичелли, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Тициан, Микеланджело – вот некоторые из художников, чье творчество привлекло внимание писателя. Первое издание на русском языке (М; Л.: Academia) вышло в 1933 году. Для специалистов и всех, кто интересуется историей искусства.  

Джорджо Вазари

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Искусствоведение / Культурология / Европейская старинная литература / Образование и наука / Документальное / Древние книги