— Это поистине выше моих чар, — сказала волшебница. — Я и раньше никогда не занималась превращениями. Некрасиво и несолидно для волшебницы превращать живые существа или вещи в то, чем они на самом деле не являются. Только неразборчивые в средствах ведьмы владеют этим искусством. Поэтому я должна обратиться к Момби, чтобы она освободила тебя от её чар и восстановила твой истинный облик. Это будет её последнее колдовство.

Сейчас, когда правда о принцессе Озме открылась, Момби было всё равно, что станет с Типом. Но она боялась гнева Глинды. Однако мальчик великодушно обещал Момби, что обеспечит её старость, если станет правителем Изумрудного города. Поэтому ведьма согласилась на превращение. Были сделаны все необходимые для этого приготовления.

Глинда сказала, что превращение произойдёт на её королевском ложе, которое находилось в центре шатра. Ложе представляло из себя возвышение из сваленных в кучу подушек, сшитых из розового шёлка. Их окружала золотая ограда, с которой свешивались красивые ярко-розовые занавески. Они полностью закрывали ложе от наблюдения.

Сначала Момби заставила мальчика выпить изрядную дозу какой-то жидкости. Тип быстро погрузился в глубокий и беззаботный сон. Железный Дровосек и Жук-кувыркун аккуратно перенесли его на ложе. Они устроили Типа на мягких подушках и опустили тканевые занавески, чтобы укрыть мальчика от посторонних взглядов.

Ведьма присела на корточки и разожгла маленький костёр из сухих целебных трав. Их она вытащила из-за пазухи. Дождавшись, когда огонь вспыхнул ярким, ровным пламенем, Момби высыпала в него пригоршню магического порошка. Из костра сразу же повалил густой фиолетовый дым. Он заполнил весь шатёр и заставил Козлы чихнуть. Хотя всех предупредили о молчании.

После этого колдунья несколько раз повторила какое-то ритмичное заклинание. Слов никто не разобрал. Момби семь раз согнула и разогнула своё худое тело над костром. Заклинание, кажется, завершилось, потому что колдунья выпрямилась и громко выкрикнула одно-единственное слово «Иеуо!»

Дым исчез, и воздух снова стал чистым. Ярко-розовые занавески ложа заколыхались, будто что-то зашевелилось внутри.

Глинда подошла к балдахину и распахнула шёлковые портьеры. Она склонилась над подушками, вытянув вперёд руку, и с ложа поднялась девочка. Она была свежа и прекрасна, как майское утро. Глаза её сверкали как бриллианты, а щёчки были цвета спелой малины. Багряно-золотые локоны ниспадали с плеч, закрывая всю спину. Спереди волосы были перехвачены изящным драгоценным браслетом. Одежда из тончайшей газовой ткани облаком клубилась вокруг тела. На ножках девочки были изящные атласные туфельки.

Целую минуту друзья Типа с изумлением взирали на это прелестное создание. Затем все они с искренним восхищением склонились перед прекрасной принцессой Озмой. Девочка бросила взгляд на ласковое лицо Глинды — оно тоже сияло от удовольствия. Затем она повернулась к друзьям и произнесла застенчиво и нежно:

— Надеюсь, что буду не менее дорога вам, чем раньше. Понимаете, я осталась тем же Типом, только… только…

— Только вы другая! — сказал Тыквоголовик. И это была короткая, но мудрейшая речь, какую он когда-либо произносил.

24. Истинные богатства

Вскоре чудесные новости достигли ушей королевы Джинджер. Она узнала, как была схвачена ведьма Момби, как она призналась в своём преступлении и как была обнаружена давно исчезнувшая принцесса Озма, которая, оказывается, была скрыта в облике мальчика Типа. Услышав всё это, Джинджер заплакала от горя и отчаяния.

— Подумать только, — вздыхала она, — после королевского правления и жизни во дворце мне придётся возвратиться домой. И снова мыть полы и сбивать масло! Об этом ужасно даже думать! Нет, я никогда не уступлю!

Поэтому, когда её солдаты, в мирное время стряпавшие еду на королевской кухне, посоветовали Джинджер сопротивляться, она прислушалась к их глупой болтовне и послала вызов Глинде Доброй и принцессе Озме. Результатом стало объявление войны. Буквально на следующий день Глинда выступила на Изумрудный город с развевающимися знамёнами и грохочущими барабанами. Лес копий ярко сверкал под солнечными лучами.

Но когда это храброе войско подошло к городским стенам, оно было вынуждено остановиться. Джинджер велела закрыть и запереть все ворота. А стены Изумрудного города были высокими и толстыми. Они состояли из множества зелёно-мраморных блоков. Глинда нахмурила брови в глубоком раздумии. А пока она думала, Жук-кувыркун самоуверенно предложил:

— Надо взять город в осаду и морить голодом, пока он не сдастся. Это единственный выход.

— А вот и нет, — ответил Страшила. — У нас ведь есть Гамп. И он может летать.

Лицо волшебницы озарилось яркой улыбкой.

— Вы правы! — воскликнула она. — У вас, безусловно, есть все основания гордиться своими мозгами. Давайте поспешим к Гампу!