Читаем Страна игроков полностью

Дом, в котором сдавалась квартира, находился с тыльной стороны Московской консерватории и совершенно выпадал по стилю из всего, что его окружало. Точнее, он вообще был лишен какого-либо стиля - среди старых доходных домов торчало что-то серое, прямоугольное, построенное уже после войны.

Радомир сверился со своими записями, они поднялись на лифте на самый верхний этаж и позвонили в грязно-коричневую дверь. Открыл им невысокий старик с длинными, густыми и белыми как снег волосами. Хотя в квартире было тепло, он кутался в заношенный вязаный жакет, но это все равно не могло растопить старческий холод в его глазах.

- Вы по поводу квартиры? - спросил он. - Тогда проходите...

Квартира состояла из двух небольших комнат, маленькой кухни и крохотного санузла, где с трудом помещалась сидячая ванна. Везде было чистенько и уютно. Но самым замечательным в этой квартире был вид из окна гостиной. Отсюда просматривался весь Кремль, с ослепительно сверкавшими золотыми луковками церквей и острыми шпилями башен.

Бросалось в глаза и множество антикварных вещей: два кресла красного дерева, столик на бронзовых львиных лапках, несколько женских статуэток хорошие копии роденовских скульптур, изящный хрустальный графин в серебряной оправе, старинные книги. А все стены были увешаны фотографиями в рамках. Они запечатлели людей, одетых в костюмы царей и пастухов, леших и рыцарей, комедиантов и римских патрициев. Одни из них, видимо, что-то пели, другие просто стояли в картинных позах, соответствующих образу.

- До пенсии я работал в Большом театре, - сказал старик Реброву, которого привлекли фотографии. - Роли были маленькие, а чаще пел в массовках, но... в Большом! Вот это я, вот, вот и вот там тоже...

Виктор подумал, что приличия ради стоило бы задать старику пару вопросов о Большом театре, но эти снимки в первый момент почему-то произвели на него гнетущее впечатление. Они походили на надгробные фотографии, сделанные в память о прожитых на сцене человеческих жизнях.

- Сколько вы хотите за квартиру? - спросил Ребров.

Пожевав свои бледные, невкусные губы, старик назвал цену. Она оказалась гораздо меньшей, чем ожидал услышать Виктор.

На лице Радомира появилось что-то, отдаленно напоминающее улыбку. Он вытаращил глаза и стал из-за спины старика гипнотизировать Реброва.

Некоторое время все молчали, и было слышно, как по соседству упражняются на скрипке.

- Большинство жильцов нашего дома музыканты, - словно извиняясь, пояснил старик. - Все мы когда-то получали квартиры через один профсоюз. Помните, как это было раньше?

- Вы знаете, что в этом районе Москвы можно сдать квартиру и подороже? - спросил Виктор.

Радомир тихонько ахнул и откинулся на спинку стула, словно сраженный сердечным приступом.

Хозяин квартиры погладил ладонью бордовую бархатную скатерть, кое-где траченную молью и временем. Точно из такого же материала у него были сделаны и шторы на окнах, что придавало квартире богемно-ресторанный вид.

- Из всей нашей когда-то большой семьи сегодня остались живы только моя сестра и я. - В голосе старика вообще отсутствовали эмоции. - Сестра тоже уже на пенсии, что по нынешним временам, как вы понимаете, означает нищая. Живет в Подмосковье, примерно в такой же квартире... Мы решили одно из наших жилищ сдавать и жить на эти деньги. Ее квартира слишком далеко от центра и никому не нужна. Значит - остается моя... Только у меня нет ни средств, ни сил, чтобы вывезти дорогие мне вещи. Да и некуда... Поэтому я решил сдать квартиру недорого, но приличному человеку. Ведь откуда у приличных людей сегодня могут быть деньги...

- Спасибо, - сказал Виктор. - А когда я могу переехать?

- На следующий день после того, как заплатите за месяц вперед. А лучше - за два... Мне ведь только собрать белье...

Ребров достал деньги и, отсчитав нужную сумму, протянул старику:

- Это - за два месяца.

- Значит, завтра можете и переезжать. Только... вы позволите мне иногда приезжать за книгами или за какими-то вещами? Я обязательно буду предварительно предупреждать вас по телефону о своем визите.

В комнате повисла какая-то неловкость.

- Конечно-конечно, - поспешил заверить его Ребров.

Потом старик водил Виктора по квартире, показывал, где перекрывается газ, вода, как ставить на место постоянно отпадающую дверцу платяного шкафа и что делать, если будет гаснуть лампочка в торшере у дивана. Квартира и все вещи в ней состарились вместе с хозяином, и он знал болезни и нравы каждой из них. В самом конце этой грустной экскурсии старик показал свою коллекцию пластинок, оказавшуюся настоящим кладом.

- Вы можете слушать их, только, прошу вас, будьте осторожны. Давайте я вам покажу, как включается проигрыватель.

Он достал пластинку. На конверте была большая фотография Сергея Рахманинова.