Читаем Страна игроков полностью

Обычно поиск спонсоров для избирательной кампании Большакова происходил следующим образом: Ребров и его команда составляли списки банков, которые хотя бы теоретически могли быть заинтересованы в сотрудничестве, и передавали свои разработки заместителю Алексея. А тот в свою очередь через членов союза и другие каналы вел предварительные переговоры, искал подходы к толстосумам.

Так вот, во всех четырех списках банков, что легли на стол большаковского зама, в числе первых стоял "Московский кредит".

3

До Владлена Ситичкина Ребров дозвонился с огромным трудом, и еще больших усилий ему стоило уговорить капризного до неприличия зампреда "Московского кредита", чтобы их встреча состоялась сегодня же, а не "завтра-послезавтра". Так как до конца рабочего дня оставалось совсем немного времени, Виктор помчался в банк, рискуя окончательно загнать свою старушку "Ладу", бесстрашно пробивавшуюся сквозь грязную, перемешанную с солью снежную кашу.

По дороге Ребров думал о том, что судьба - это не выдумка астрологов и не литературный образ, а такая же реальность, как, скажем, очередной платеж за квартиру. Он только не мог решить однозначно: зачем она помогает ему вновь и вновь выходить на людей, организовавших компанию "Русская нефть", банк "Московский кредит" и собравших банду головорезов во главе с Рудольфом Кролем? Самым логичным показалось предположение, что судьба таким образом хочет сломать ему шею.

Банк размещался в старинном здании в стиле модерн, расположенном в переулках между Пречистенкой и Сивцевым Вражком. Представший взору Реброва особняк был так похож на тот, который занимала в свое время компания "Русская нефть", что Виктор оторопел. Приятно было сознавать, что утонченные вкусы некоторых людей не изменяют ни грандиозные социальные, ни еще более грандиозные экономические катаклизмы и что в этой стране есть хоть что-то стабильное.

Ребров поднялся по небольшому, тщательно очищенному от снега крыльцу, слегка изогнутому в соответствии со стилем всего здания, миновал двойные двери и оказался в просторном теплом вестибюле. В глаза сразу бросились широкая, застеленная ковровой дорожкой мраморная лестница на второй этаж и хорошо сохранившаяся лепнина на потолке.

- Вы к кому? - строго спросил стоявший у входа охранник в уже знакомой Виктору темно-синей форме с подковообразной нашивкой на рукаве, которую он видел, посещая вотчину Рудольфа Кроля у Павелецкого вокзала.

- К вашему зампреду Ситичкину, - ответил Ребров. - Мы договаривались о встрече. Он сказал, что закажет мне пропуск.

Охранник взял у Виктора паспорт, внимательно пролистал его, затем заглянул к себе в журнал и кивнул: мол, все в порядке.

- Вас проводят, - сказал он и, подозвав другого охранника, коротко пояснил: - К Ситичкину.

Еще разговаривая с Ситичкиным по телефону, Виктор решил, что заместитель председателя "Московского кредита" - зануда, но при встрече с ним понял, что ошибался, - тот был занудой в квадрате. На тощем, покрытом бледно-коричневыми веснушками лице этого человека без возраста было написано, что он сомневается во всем, даже в дате своего рождения. На стандартный вопрос Реброва от двери: "Господин Ситичкин?" - Ситичкин зябко повел плечами и в свою очередь спросил: "А вы кто такой?" И только выведав у Виктора половину его биографии, неохотно признался, что это он и есть.

Потом бегло пролистал принесенные ему бумаги, посмотрел на Реброва поверх узких, состоявших из двух прямоугольных стеклышек очков и сказал:

- Полагаю, нам теперь придется плотно с вами работать. - Он был явно огорчен этим обстоятельством. - Во всяком случае, я так понял нашего президента. Специалисты банка посмотрят ваши бумаги, и потом мы вам сообщим: надо нам что-либо еще или нет. Непосредственно контакты будете поддерживать с одной моей сотрудницей. Пойдемте, я вас с ней познакомлю...

Ребров был почти уверен, кто это будет. Еще со студенческих лет, когда ему доводилось с друзьями по общежитию ночи напролет играть в преферанс, он хорошо знал: если карта пойдет, то идет она долго, пока, наконец, ты не проигрываешь все сразу.

Виктор не ошибся. В небольшой комнате, куда завел его Ситичкин, за столом у окна сидела Анна Игнатьева.

За время, что они не виделись, Игнатьева слегка изменила прическу, сделала ее короче, - и в каштановых волосах появился медный оттенок, особенно хорошо заметный на фоне окна. Она немножко похудела, хотя, возможно, в тусклом свете зимнего дня все черты ее лица казались острее.

- Анна Ивановна, это представитель Союза молодых российских предпринимателей, - сказал Ситичкин. - Я вам говорил об этой организации и о планах Шелеста. Проверьте бумаги, которые принес... м-м-м... коллега, и обменяйтесь с ним координатами для дальнейшего сотрудничества...

После этой короткой речи зануда Ситичкин ушел так быстро, словно боялся подцепить здесь какую-то инфекцию.