Читаем Страх перед страхом полностью

Василий врал вдохновенно – и очень дерзко. Он сообщил, что девушка сама велела мужу получить с них старый долг. Ее, дескать, очень унижает такая ситуация – что ее бывший жених что-то должен ее мужу. Дальше так продолжаться не может – она все время думает об этом. Получается, будто жених ее попросту продал!

– Он как это услышал – чуть в обморок не упал. Сперва разорался, что она сама все это провернула, он ни о чем не просил… А потом вдруг размяк, пустил слюни… Короче, он достанет денег. Только поставил одно условие – деньги пойду отдавать я. Он видеть не желает ни эту Ольгу, ни ее супруга.

Петр слушал брата с восхищенным недоверием. Он поинтересовался – неужели брат в самом деле придумал такое в одиночку? Да как ему в голову пришел такой гениальный блеф? Василий гордо признался, что он просто пораскинул мозгами и понял, что другого выхода все равно нет. А если нет – чего стесняться?!

Деньги появились у Леонида в начале февраля. Он передал их бывшему компаньону, и тот сходил в офис, получив расписку. О процентах речи не было – презрительно бросая аннулированную расписку обратно, кредитор заявил, что с таких голодранцев свое бы обратно получить – где там наживаться!

– Расписку не отдавай!

Эту фразу Женя услышала по телефону – Петр говорил с братом. Она уже лежала в постели, пытаясь уснуть, но ее разбудил громкий голос в прихожей. Правда, об этой расписке братья больше не говорили и принялись обсуждать совсем другие дела, но Женя сразу поняла, о чем идет речь…

– …И молчала! – презрительно бросила Татьяна. Она не в силах была больше сдерживаться, слушая этот безыскусный рассказ. – Ты же могла связаться с Леней, предупредить его! Его ведь попросту надули! А парень влез в новые долги!

– Я знаю, – убито сказала Женя. – Но я не была с ним знакома… Не знала, как его найти. А потом… Вы все забываете, что я боялась. Ну, просто боялась Петра. Если бы он узнал, кто предупредил парня, он бы… Ой, он бы шкуру с меня спустил!..

…Больше о бывшем компаньоне Василия не было слышно ничего. Да и сам Василий перестал показываться в гостях, чему Женя была очень рада. Этот парень был ей неприятен. Она презирала его, но втихомолку – не смея вызвать гнев его старшего брата. Ругать Василия имел право только он сам.

Зато у них появилась Ирина. В институте в ту пору были каникулы, у девушки появилось много свободного времени, но тем не менее после последнего тяжелого разговора девушка почти не показывалась у подруги. И немудрено – ведь она чувствовала себя перед нею виноватой. Сама Женя никакой ревности не испытывала. Ни ревности, ни жалости – она считала, что та сама во всем виновата, и вляпаться так глупо – это еще полбеды, но отказываться исправлять последствия – это уже слишком…

Поэтому, когда Ира ни с того ни с сего возникла у нее в дверях, Женя приняла ее не слишком приветливо. Но Ира не смутилась. Она прошла в квартиру без приглашения, спросила, дома ли Петр. Узнав, что его нет, девушка заявила, что ей было хотелось его дождаться.

– Зачем тебе?

– Есть разговор.

Женя только головой покачала. С него ничего не получишь – он и не женится, и помогать не будет. И при этом окажется полностью прав – не на всякой ведь жениться…

…Услышав эти слова – точное повторение слов Петра, – Татьяна вздрогнула. Женя произнесла их так легко, будто перед нею сидела вовсе не мать ее покойной подруги. Алина давно уже потеряла дар речи. Она скромно сидела в углу, сложив руки на коленях, и как завороженная разглядывала Женю. Казалось, она смотрит по телевизору какой-то захватывающий фильм…

…Но Ира настаивала – она хочет поговорить с Петром, и точка! Он – отец ее будущего ребенка, ему не может быть безразлична его судьба.

– Может, – возразила Женя. – Еще как может. Меня-то он послал на аборт!

Но Ира как раз не собиралась делать аборта. Напротив – она разработала весьма жизнеутверждающий план. Когда она пересказывала его подруге, та только головой покачивала. Ей казалось, что перед нею – неопытный наивный ребенок, которого жизнь ничему не научила… А между тем девушки были ровесницами.

Ира собиралась уйти из дома, снять квартиру, найти себе работу. Институт она, скорее всего, пока бросит. Возьмет академический год. На шее у родителей сидеть не будет – эту возможность она с негодованием отвергала.

– Разве они тебе не помогут? – спросила Женя. – Лучше просить у них, чем у Петра.

– Ничем не лучше! Я не желаю, чтобы отец давал мне деньги, – бросила Ира. Почему не желает – этого она объяснять не стала.

Так или иначе, но на первое время деньги ей будут нужны. Обязательно будут нужны – а где их взять? Правда, у нее есть новая шубка, да и кое-какие драгоценности… Но даже если все это продать – хватит ненадолго. Ведь снимать квартиру дорого, да и когда она найдет работу… Женя спросила, какую же работу она для себя присмотрела – ведь у нее скоро появится живот?