Экран телефона вспыхнул цифрами — время 4–19. Сообщение от Костра — видео. Она с отвращением коснулась цифр и посмотрела видос. Да, это оно. И по форме, и по сути, и по кодам. А если Лилит не врала? Если я сейчас помогу Радости деинсталлировать базовые программные оболочки DP? Если сейчас схлопнется нахрен вся эта реальность⁈ Все, и StarBus, и эти дворцы на Флорине, и вообще весь мир исчезнет? Рыжий черт долбанутый — ему, может и по кайфу геройская смерть… да он и небось опять на сохраняшках выкрутится как-нибудь… Что с ней-то будет? Нищета? Старость? Или вообще сразу пустота и небытие? Жуть залилась волной в башку, застыв по всему телу стальным стержнем. Джессика икала и дрожала, уставившись стеклянными глазами в зеркало, видя там раздавленного и слабого человечка. С омерзением и болью смотрела на себя — жалкая перепуганная тварь, тряпкой лежала на полу и боялась дышать, тряслась от будущего, от каждой секунды. Кто, сука, имел право с ней сделать такое? Превратить в это? Кто мог такое сделать со всеми? Какая мразь⁈ Малькольм в гневе и ярости глянула снова в телефон — Костер был настоящий. Это была Правда. Не известно толком ничего ни о чем. Все может быть враньем. Но вот это правда. Радость сделал. Он свалил Страх, все можно прекратить. Маат сделает то, что должно.

Нормально было смотреть, как Грань стряхивает миллиарды чужих жизней в прошлом апокалипсисе? Как горят чужие города? Теперь гореть самой со своим домом. Такая Правда. Маат репостнула у себя, дала команду шерить по всем ресурсам, врубила на репосты все мощности ИВЦ Россомахи. Админы Кошеса будут удалять и тормозить рассылки, но у их ИВЦ в Демире недостаточно сил, чтобы остановить вброс. Джессика, вытирая холодный пот со лба, смотрела стату, отмечала миллиард за миллиардом репосты и лайки. Наконец, 600 млрд — треть всех гаджетов в мире… Пальмы и море на экране рабочего стола сменились чернотой и корявым шрифтом — Ошибка! Ваша программная оболочка установлена некорректно!

Взяла телефон — отсутствует связь. Врубила телевизор — таблица с цветами Радуги и надпись — Отсутствует сигнал! В комнате погас свет, глянула в окно, где бледно и сумеречно готовилось утро — не горели нигде ни окна ни фонари. Страх прошел. Джессика распрямила плечи, подняла лицо и прямо смотрела в окно.

Книга Лилит. Глава 1. Понедельник для Тора

Все погасло, наступили темнота и пустота, тишина и ничто. Правда, дико выла спина и бок, ожоги от монстровых шариков, значит, я типа жив. Сорвал нейромаску, почувствовал себя на табуретке в бункере Радуги, но все равно вокруг была непроглядная темень. Вспомнил, пошарил по столу, нашел фонарик и зажег. Рядом, напротив дымившихся своих сгоревших компов сидели взявшись за руки обугленные тела Радости, Гепарда и Скворца. Встал, чуть не заорав от прикосновения рубашки к спине, вялыми ногами подошел к двери — там было тихо. Постучал, открыл парень с забинтованным животом в кожанке поверх бинтов и джинсах, явно свой. Пацан вызвал Белого и фельдшера. Пока ждали, сказал, что бритые уже заняли этаж выше. Но пять минут назад погас свет и вырубилась вся связь. С тех пор тишина и дальше десантники пока не идут.

Чувак с сумкой-аптечкой на поясе чем-то намазал мне спину и бочину, появился из темноты Белый:

— Ну что? Сделали?

— Да, замочили Страшилу. Рыжий, Гепа и Скворец, не вернутся.

— Лады, — кивнул Белый, — тогда уходим. Боянис мне показал подземку, если вдруг сгодится.

Все оставшиеся в живых человек пятьдесят волков, взяв на плечи два десятка раненых, двинулись по коридору, толкаясь и запинаясь в темноте за Предводителем, освещавшим себе путь фонариком. Спустились еще на этаж, вскрыли дверь-тайник в стене, прошли метров тридцать по узкому ходу и оказались в тоннеле шириной с дорогу в две полосы. Нашли там еще фонарей и побежали триста метров вперед до большой площадки с несколькими микроавтобусами. Над нами сейчас был терминал Кобры. Белый сказал нам тут ждать, сам поскакал по лестнице вверх, вернулся с оказалось живым Зимой и еще парой десятков волков.